АЛЕКСАНДР РАДИЩЕВ - символ русской оппозиционной мысли, автор книги «Путешествия из Петербурга в Москву»
Когда Екатерина II прочла книгу, то увидела в ней призыв к революции, совершившейся во Франции и вынесла вердикт:
Радищев «бунтовщик, хуже Пугачева», «сложения хилого и всё видит в темно-черном цвете»
Императрица, обладавшая острым умом и проницательностью, заподозрила автора в принадлежности к масонам-мартинистам, коих сама обличала в своих антимасонских пьесах.
Радищева арестовали, допрашивали, он раскаивался, взывал к милости государыни, настаивал, что к Французской революции не имеет никакого отношения.
Его приговорили к смертной казни, помиловали, отправили на 10 лет в Сибирь на каторгу, но без каторжных работ, занимался он литературой.
На престол взошел Павел I, освободил Радищева по амнистии, разрешил ему жить в отцовском имении, с запретом приезжать в столицы.
Александр I окончательно простил Радищева, вернул ему чин, ордена.
В Петербурге Радищев служил в Комиссии по составлению законов. После неприятности на службе, пришел домой, в волнении случайно схватил и выпил стакан с «царской водкой», смесь соляной и серной кислот, которой его сын чистил эполеты.
Похоронен на Волковом кладбище, могила не сохранилась.
Но самое интересное для нас - вовсе не сама книга, а история критики книги.
Самую весомую и жесткую критику дал Пушкин, в статье «Александр Радищев»:«"Путешествие в Москву", причина его несчастия и славы, есть... очень посредственное произведение, не говоря даже о варварском слоге»
Пушкин упрекал Радищева:
Во-первых, в политической неосмотрительности. Книга вышла, когда во Франции свирепствовал революционный террор. Мелкий чиновник без всякой власти опоры, совершил «действие сумасшедшего», бросив вызов самодержавию и Екатерине. Поступок Радищева является «преступлением, ничем не извиняемым»
Во-вторых, в литературной несостоятельности. Первые страницы книги «чрезвычайно скучны и утомительны»; «сетование на несчастное состояние народа... преувеличены и пошлы»
В-третьих, язык Радищева Пушкин назвал «варварским»
При этом, Пушкин признавал в Радищеве романтика, «преступника с духом необыкновенным» и «политического фанатика, действующего с удивительным самоотвержением»В черновике «Памятника» он вначале написал: «Вослед Радищеву восславил я свободу», но потом исправил на «Что в мой жестокий век…»
В 1920-30-х г. в эмигрантской критике развернулась полемика о художественной ценности «Путешествия…»
Николай Кульман отметил, что «Путешествие..» вторична, является подражанием «Сентиментальному путешествию» Стерна и представляет собой «пёструю смесь тенденциозных картин русской действительности и взятых из чужих рук теоретических рассуждений»
К тому же, в изображении крепостного права Радищев не сказал ничего нового по сравнению с русской комедией и сатирой.
Книга написана напыщенно-тяжеловесным, риторически-громогласным стилем: «больше декламаций, чем изображения» и недостаёт «чувства действительности»
Юрий Мандельштам пошёл еще дальше и предложил отказаться от привычного образа Радищева как «первого русского революционера»
По его мнению, «политические реформы были далеко не главной и не самой существенной частью его мировоззрения»
Он видел в Радищеве «настоящего романтика», который боролся «не столько с социальным строем, сколько со злом, несправедливостью и несовершенством мира»
Наконец Кульман выносит окончательный приговор: литературные произведения «совершенно не имеющие значения в художественном отношении, привлекают внимание... только потому, что подверглись гонению: запретный плод влечёт к себе даже тогда, когда не удовлетворяет вкуса»
Итак, в свое время история вокруг книги — арест, смертный приговор, ссылка — превратила посредственное сочинение в манифест.
Запрет, как водится, породил славу, слава — миф, миф — традицию.
Свою статью Пушкин завершает словами:
«нет убедительности в поношениях, и нет истины, где нет любви».
Александр Николаевич РАДИЩЕВ
31 августа 1749-24 сентября 1802
53 года
@Лариса Бравицкая
