За вчерашней дракой как-то потерялось, что значит “Ваниль” для светской Москвы.
Владелица Galladance Ольга Панченко вспоминает, что была здесь еще на открытии в июле 2001-го – со своим тогдашним мужем Владом Сташевским и его продюсером, ныне покойным Юрием Айзеншписом. “Явка была феноменальная. Было понятно, кто и почему здесь каждый гость” (забегая вперед, Свете Бондарчук с ее золотой записной книжкой вчера действительно удалось вернуть это редкое сегодня ощущение place to be).
Едальня на углу, по адресу Остоженка 1/9, кстати, была всегда – в семидесятые здесь часто устраивали отходную евреи, уезжавшие на ПМЖ в Израиль.
А потом открылась “Ваниль”. Она стала первым celebrity-рестораном Москвы: к Аркадию Новикову в партнеры добавились Степан Михалков и Федор Бондарчук (их имена были интимно написаны на визитке, ты словно приходил к ним в гости). Еще “Ваниль” была столовкой Золотой мили с ее ценником в десять тысяч долларов за квадрат. Местом не столько про еду (хотя кормили неплохо – опять-таки первым в Москве фьюженом из разных гастрономических школ, экспортированным скорее из лондонских ресторанов), сколько про встречи и атмосферу. Рядом парковались самые дорогие машины города с мигалками – через “Ваниль” шла дорога к набережной, а оттуда – в Кремль. Так что это было последнее перед Кремлем место для терок:)).
Терли абсолютно все – от Андрея Малахова, у которого прямо над “Ванилью” была небольшая квартира, до Рамзана Кадырова. От Нади Оболенцевой с Ириной Кудриной до Михаила Друяна, который именно здесь познакомился со своей будущей подругой Сати Спиваковой и пригласил ее в “100 самых красивых людей Москвы” (почему никто не возродит и этот список?:))). Районный житель Максим Ноготков из “Связного” здесь вообще работал, проводя по шесть собеседований в день. Лучший столик был слева на постаменте у окна, с видом на Храм Христа Спасителя. Знающие люди направо даже не ходили. Еще несколько лет подряд здесь проходила очень красивая вечеринка ММКФ и Vogue, во время которой Алена Станиславовна награждала фильмы за самые стильные костюмы.
В начале 2025-го “Ваниль” закрыли на переделку. Андрей Малахов вспоминает, как лично провожал ресторан вместе с Викой Шеляговой: в тот день в зале было занято всего несколько столиков, за одним сидели пранкеры Лексус и Вован)). Расчувствовавшись, Андрей прихватил из некогда любимого места для завтраков меню, а еще попросил отдать ему вывеску – которую позже увез к себе в Апатиты.
Потом на несколько месяцев вместо “Ванили” вдруг открылся итальянский ресторан под другим именем, но мы сделаем вид, что этого не заметили. Женя Милова предполагает, что “на тот ребрендинг совладельцы, видимо, решились, когда фото знаменитостей, бывавших в “Ванили”, стали слишком уж ностальгическими: иных уж нет, а те далече. Тем более, что на фото все были сняты без фильтров, без которых иные себя уже не узнают”.
Конечно же, здесь может и должна быть только “Ваниль”, которую, собственно, и воскрешают Аркадий со Светой (она всегда была миноритарным партнером, но чуть в тени. Степан с Федором вышли из проекта пару лет назад).
Вчерашний вечер, конечно же, был про ностальгию. Про то, какие все были молодые и счастливые в двухтысячные. Как впервые вживую увидели прилавок с рыбой во льду. Каким невероятными казались гребешки с пюре из сельдерея. Как в "Ваниль" из самого Монако приезжал князь Альбер. Как гости уходили вниз, в потайные комнаты, когда нужно было перетереть совсем уж тайно. Даже мой муж, тогда банкир в костюме Brioni, вспомнил, что стоило ему отвлечься, как водитель вез его уже не в “Ваниль”, а в “Бисквит” на Кузнецком (еще одно намоленное место).
Пользуясь случаем, передаю Аркадию Новикову (а я знаю, что он читает) привет от Ольги Панченко: она просит воссоздать гениальный яблочный пирог, “тот, который нужно было ждать минут тридцать”.
Вчерашний вечер – это как камбек Мадонны, ее альбом Confessions on a Dance Floor 2005 года, перевыпущенный в 2026-м. Что еще нам остается сегодня кроме ностальгии?