Это история о том, где, когда и почему закончились наши 300-тысячелетние скитания по миру вслед за стадами диких животных, в ритме сезонного сбора плодов и орехов. О том, что учёные называют неолитическим переходом, первыми шагами к цивилизации. От кочующих охотников-собирателей холодных степей к настоящему поселению Айн-Маллаха, монументальным башням Телль-Карамеля, каменным стенам Иерихона, величественному «храму» Гёбекли-Тепе, тесным дворикам мегапоселения Чатал-Хююка, первым каналам Чога-Мами до храмовых администраций Эриду. А начнём мы с самого важного, с основания всего прочего - с земледелия.
Наш невероятно сложный и хрупкий мир с его громоздкими общественными и государственными институтами невероятно юн по сравнению с возрастом нашего вида Homo sapiens. Разумность человечества - такой же спорный вопрос, как и точка отсчёта появления анатомически современных людей. Мы не будем выбирать между Джебель-Ирхудом в Марокко, Омо в Эфиопии или методом «молекулярных часов» в нашей ДНК. По сравнению с нашими крошечными жизнями триста тысяч лет легко потерпят погрешность в предполагаемые десятки тысяч в обе стороны. А история того, как мы обрели дом, как этот дом вырос в поселение, спрятался за стеной и разросся до современных государств, занимает лишь полтора часа в одних условных сутках нашего существования как вида.
Чтобы понять, как и почему это случилось, мы должны перенестись на 18 тысяч лет назад, на Ближний Восток, в область, называемую Плодородным полумесяцем. Это дугообразная зона от Анатолийского плато и предгорий Тавра через верховья Тигра и Евфрата до Иранского Загроса, включая части Сирии, Ливана, Иордании и Израиля. В наши дни это умеренно влажные горные и предгорные районы, окружающие засушливые степи и пустыни. Здесь тепло: среднегодовая температура колеблется в диапазоне 12–18 °C.
Леса Тавра и Загроса переходят в предгорья и холмистые плато с полями диких пшеницы, ячменя, гороха и чечевицы. Ниже лежат плодородные аллювиальные долины Тигра и Евфрата. С запада область окаймляет левантийское средиземноморское побережье с мягкой влажной зимой и сухим летом. Как видите, это вполне благоприятные для жизни людей места.
• Мир ледниковых степей: ок. 18 000-12 700 гг. до н. э.
Но так было не всегда! Взаимодействие климата, ландшафта и людей будет определять сценарий всей этой истории, начиная с конца последнего ледникового периода, примерно двадцать тысяч лет назад, около 18 000 г. до н. э. Это было суровое холодное время, когда кочевые охотники-собиратели кебарской или кебаранской культуры в Леванте и зарзийской культуры в Загросе заложили основы последующих стратегий выживания.
Долгие ветреные зимы, когда в предгорьях и на возвышенностях месяцами лежал снег, дополнялись коротким прохладным летом. Из-за недостатка влаги большая часть Леванта стала сухой степью. Классические средиземноморские леса из дуба, фисташки и оливы сохранились лишь на узкой приморской полосе. Люди страдали от частых пыльных бурь и прятались в глубоких пещерах, таких как Кебара на горе Кармель, или держались поближе к озёрным оазисам, вроде иорданской стоянки Харане IV.
Климат и недостаток углекислого газа в атмосфере подавляли рост ячменя и пшеницы. Их зёрна были мелкими, а поля относительно редкими. Однако кебаранцы первыми стали системно употреблять в пищу дикие злаки. Также представители этой культуры умели создавать эффективные миниатюрные каменные орудия - микролиты.
В другой части Плодородного полумесяца зарзийцы пошли по другому пути ведения хозяйства, где сбор злаков был менее важен. Они кочевали вслед за дикими козами и овцами между укрытиями в пещерах и открытыми стоянками. Но и те, и другие предпочитали совмещать выгоды предгорных районов, где можно было охотиться, собирать зерно и орехи, а также мастерить орудия из местных ресурсов. Так продолжалось до потепления около 12 700 г. до н. э. Перед тысячами мелких сообществ древних людей и всем человечеством открывались новые возможности.
ИСТОЧНИКИ ❯❯
Фото: Базальтовая ступка из Эйн Гева, кебарская культура, эпипалеолит, музей Израиля IAA: 1973-1400
@historiamaximum
