Ельцин - наш дирижёр (продолжение)
«Символ нашего прихода в Германию и последующего присутствия здесь. Ясная и прозрачная аллегория: солдат с мечом, но в сталинской гимнастерке держит на руках спасенную девочку. В проведении церемонии у подножия памятника можно было увидеть продолжение аллегории: девочка-Германия выросла и попросила своего освободителя выйти вон», — атмосферно описывал эмоциональный фон событий журналист Леонид Парфенов в своей программе «Намедни».
Представители ельцинской команды всерьез опасались падения своего шефа, однако рухнул не он, а солдат из почетного караула, которому стало плохо на солнце. Готовившийся поймать Ельцина его старший адъютант Анатолий Кузнецов «на автомате» среагировал на конфуз, поддержав немца.
Исход военного контингента из Германии, который в России многие назвали позором, тяжело сказался на психологическом состоянии главы российского государства. Прошедший за официальной частью парад, показавший превосходство отечественных военных над солдатами бундесвера, растрогал Ельцина.
«Во время обеда он выпил много сухого красного вина — немецкий официант не успевал подливать, — а солнце усилило действие напитка. Президент резвился: гоготал сочным баритоном, раскованно жестикулировал и нес откровенную ахинею, — писал Коржаков в своей книге «Борис Ельцин: от рассвета до заката». — После обеда мероприятия продолжились.
Теперь предстояло возложить цветы к памятнику погибшим советским солдатам. И мы отправились туда вместе с Колем на специальном автобусе.
Часть салона занимали сиденья, а на остальной площади была оборудована кухонька и уютный дорожный бар, где можно перекусить. Борису Николаевичу тут же захотелось испытать на себе все прелести бара. Он заказал кофе. Поднес чашку к губам и тут же, на повороте вылил на себя ее содержимое. На белоснежной сорочке появилось большое коричневое пятно. Президент стал беспомощно его затирать».
Сразу после этого случился еще один инцидент. Перепутав устроивших митинг поблизости представителей профашистской партии с простыми берлинцами Ельцин отправился к ним, что могло привести к самым непредсказуемым последствиям. Коржаков – это хорошо видно на имеющейся в интернете видеозаписи – попытался преградить ему дорогу, после чего президент «рассвирепел» и рванул собственного охранника за галстук.
Переходя улицу, Ельцин едва не попал под автобус, сдававший задним ходом. Охранники остановили транспортное средство в последний момент.
Следом произошла легендарная сцена с оркестром полиции Берлина у здания мэрии. Вот как описывал забавный инцидент, показанный на ТВ по всему миру, глава СБП Коржаков:
«Никакого дирижерского умения у Бориса Николаевича не было, но это не помешало ему выхватить у обалдевшего дирижера палочку и обосноваться за пультом. Ельцин размахивал руками так эмоционально и убедительно, что вполне мог сойти за автора исполняемого музыкального произведения. И зрители, и корреспонденты, и музыканты тоже сильно развеселились. Ничего подобного они нигде и никогда не наблюдали, да и вряд ли еще увидят. А президент принял улюлюканья и вопли за восторженное признание своего дирижерского таланта. Намахавшись палочкой, Ельцин решил пропеть несколько куплетов из «Калинки-малинки». Всех слов он не знал, зато отдельные фразы тянул с чувством, зычным громким голосом.
Исполнив полтора куплета «Калинки-малинки», президент не без помощи Кузнецова снова оказался в автобусе. Мы поехали в российское представительство в Берлине. Там, в бывшем здании посольства, был накрыт праздничный стол для узкого круга гостей. Начались грустные тосты — все-таки сдали мы Германии свои позиции. Через официантов я попытался регулировать количество потребляемых шефом напитков, и они ограничивали выпивку, как могли. Но вдруг к Ельцину едва ли не ползком подкрался какой-то человек с бутылкой. Он был согнут от подобострастия в три погибели. Тут уж я сорвался и заорал: — Вы кто такой?! Вон отсюда!»
Эдуард Глезин
