Прошедший июль характеризовался ростом протестной активности, прежде всего связанной с социально-экономическими проблемами. Одним из основных факторов недовольства стал топливный кризис.
В Пермском и Забайкальском краях в июле предпринимались попытки организовать протестные акции, которые были пресечены властями. В Чите Евгений Затонский, разместивший в чате «Бензохроники Забайкалья» призыв к проведению акции, был арестован на двое суток по делу об организации несогласованного публичного мероприятия (ст. 20.2 КоАП РФ). В Перми городская администрация отказала в согласовании митинга, намеченного на середину июля, а 25 июля в отношении его организатора Льва Самоловских был составлен протокол о «незаконной агитации».
Среди других локальных протестных сюжетов – недовольство жителей Киренска Иркутской области прекращением авиасообщения с Иркутском из-за аварийного состояния взлетно-посадочной полосы. Для удаленного города малая авиация имеет особое значение, поэтому прекращение полетов стало заметным фактором социальной напряженности.
В Магнитогорске Челябинской области представители КПРФ попытались провести пикеты в поддержку кандидата в Госдуму Екатерины Сисиной. Организатору было вынесено прокурорское предостережение о недопустимости экстремистской деятельности. Мэрия не согласовала проведение акций в центре Магнитогорска, однако разрешила два пикета на городской окраине.
В конце июля в Москве, у Старой площади напротив здания администрации президента, прошли одиночные пикеты против закона, позволяющего региональным властям снимать с охраны объекты культурного наследия. Аналогичная протестная акция состоялась в Новосибирске.
Новый закон существенно упростил процедуру исключения памятников регионального и местного значения из Единого государственного реестра объектов культурного наследия: соответствующие полномочия перешли к властям субъектов РФ при согласовании с Минкультуры. Градозащитники опасаются, что девелоперы и строительный бизнес будут добиваться через региональных и муниципальных чиновников вывода исторических зданий из-под охраны с последующим сносом и коммерческой застройкой освободившихся участков. Особую обеспокоенность вызывает ситуация в исторических центрах городов, где стоимость земли наиболее высока.
В Уфе в начале июля состоялась акция башкирских национальных активистов против ликвидации преподавания башкирского языка в школах. Организатор акции был арестован на трое суток, другие участники получили административные штрафы.
Отдельным потенциальным очагом недовольства стал Екатеринбург. Заявление мэра города в конце июля о планах строительства храма Святой Екатерины вызвало резко негативную реакцию в социальных сетях и напомнило о масштабных протестах 2019 года, в ходе которых были задержаны около 100 человек. При этом новых уличных акций в июле 2026 года зафиксировано не было. Однако протестный потенциал этой темы остается значительным.
Анализ июльских событий показывает, что власти стремятся пресекать протестную активность на ранней стадии, однако социально-экономическая и локальная повестка продолжает формировать новые поводы для недовольства. Готовность граждан выходить на улицы существенно снизилась, прежде всего из-за опасений административного и уголовного преследования.
Политтехнологи, с которыми побеседовал «Незыгарь», отмечают, что одной из наиболее распространенных форм выражения недовольства становятся обращения и жалобы на действия региональных и муниципальных властей в Следственный комитет, прокуратуру, а также непосредственно президенту. По существу, речь идет о классическом «челобитном протесте», масштабы которого увеличиваются, но который пока не представляет непосредственной угрозы для властей.
Такая форма выражения недовольства позволяет сохранять видимость управляемости конфликтов и переводить социальное раздражение из публичного пространства в административные процедуры. Однако объективная динамика социально-экономической ситуации создает предпосылки для дальнейшего роста протестных настроений и повышения уровня недовольства действиями властей.