«Мы продемонстрировали прагматизм»: как Эмираты держат дистанцию от войны в Заливе
В начале июля в Бахрейне сирены звучали по несколько раз в сутки. В Кувейте иранские удары по опреснительным станциям несколько дней подряд вынуждали жителей экономить воду при пятидесятиградусной жаре. В Катаре ребёнок был ранен осколком, упавшим с неба.
В ОАЭ — тихо.
Последний реальный сигнал тревоги был 12 июля: тогда ракеты перехватили над водой, на сухопутную территорию ничего не упало. И это не случайность.
Из главной мишени — в сторону
В первые пять недель войны, с конца февраля по начало апреля, ОАЭ приняли на себя удар больше, чем остальные региональные игроки. По данным Министерства обороны ОАЭ, за этот период системы ПВО страны отразили около 500 баллистических ракет, 23 крылатые ракеты и больше 2000 дронов.
Но с конца апреля многое изменилось: доля иранских ударов, приходящихся на ОАЭ, упала до 17%.
Тихая разрядка
Вместе с затишьем начались осторожные шаги навстречу.
Президент ОАЭ Мухаммед бен Заед делегировал деэскалацию с Ираном трём своим братьям — вице-президенту шейху Мансуру, министру иностранных дел шейху Абдалле и советнику по национальной безопасности шейху Тахнуну, которого считают одним из наиболее прагматичных политиков в Абу-Даби, пишет Financial Times.
По данным издания, первые контакты начались с телефонного звонка Мансура иранскому переговорщику Галибафу — через неделю после апрельского перемирия.
В июне Абдалла впервые с начала войны поговорил с иранским министром иностранных дел Ирана. По словам эмиратского политолога Абдулхалека Абдуллы, инициатива исходила от Ирана: «Иран пришёл и сказал: давайте поговорим. Было бы глупо отказываться, когда противник сам идёт на контакт».
Вслед за дипломатией сдвинулась экономика. Местные лодки снова везут товары из дубайских портов в Иран. В дубайском аэропорту возобновились первые рейсы из Ирана с начала войны. Около 20 тысяч иранцев с резидентством ОАЭ, застрявших за рубежом в начале конфликта, получили разрешение вернуться.
О чём именно договаривались стороны — неизвестно. Официально ОАЭ отрицают какие-либо финансовые выплаты Ирану. Reuters со ссылкой на источники ранее писал, что Эмираты согласились разблокировать замороженные иранские активы в обмен на прекращение ударов по стране и перевели Тегерану $3 млрд из более крупной общей суммы. Но МИД ОАЭ тогда же выпустил опровержение.
Зато об инвестиционных планах говорят открыто: по словам дубайского чиновника, процитированного FT, Эмираты готовы вкладываться в иранскую энергетику, порты и логистику — но только если война окончательно завершится и международные санкции будут сняты.
Другой путь
Вступив в диалог с Ираном, ОАЭ не разорвали и с Западом. По сути, страна пытается балансировать меж двух огней — и пока делает это довольно удачно.
«Ястребиность была первой фазой войны. Потом мы продемонстрировали прагматизм. Мы не цепляемся за решения, мы их корректируем» — подытожил один из эмиратских собеседников FT.
Саудовская Аравия при этом выбрала иную позицию. Пока Ормуз был закрыт, Саудовская Аравия нарастила экспорт нефть через Красное море — но в июле хуситы объявили морскую блокаду и этого маршрута.
В итоге Эр-Рияд пошёл на обострение и теперь поддерживает удары США, участвуя в ударах по союзникам Ирана.
Но и цена такого выбора хорошо видна: хуситы атакуют саудовские территории, включая аэропорт, а Иран угрожает энергетической инфраструктуре.
