Нет уже никакой логики в стиле «это тронут, а это не тронут»
Сегодня Краснодар подвергся массированной атаке БПЛА. Погибли трое детей, более десяти человек пострадали. Кроме того, были поражены склады Ozon в Краснодаре, Адыгее, Невинномысске, Ставропольском крае и Дагестане. Ещё на прошлой неделе удары пришлись по складам Ozon в Самарской и Оренбургской областях. Наиболее тяжёлые последствия зафиксированы в Краснодаре и Махачкале, где после атак начались пожары.
И на этом фоне особенно омерзительно вспоминать всю эту стаю весельчаков, которые последние месяцы после атак на Wildberries клепали мемы, шуточки и ролики в духе: «по Ozon не ударят», «Ozon не тронут, там же американцы», «бьют только по Wildberries». Все такие умные были, все такие довольные, как будто чужие убытки — это комедия, а не чья-то разрушенная работа, чьи-то кредиты, чьи-то заложенные квартиры и чья-то жизнь, которая в один момент летит к чертям.
Но если открыть структуру акционеров Ozon на март 2026 года, никакого «американского контроля» там нет. Примерно 34,95% принадлежит АО «О23» (структуры Александра Чачавы), около 31,8% — АФК «Система», ещё порядка 33,25% находятся в свободном обращении. Западные фонды вроде BlackRock, Vanguard, Norges Bank действительно держат доли, но это буквально несколько процентов суммарно. Причём из-за санкционного режима эти иностранные миноритарии фактически заморожены: они не голосуют, не управляют и никак не принимают решений по компании. Для инвестора это важно понимать: наличие иностранных акционеров ≠ контроль над бизнесом.
Но даже если бы этот контроль был — и что? Кто вообще внушил себе, что это кого-то остановит?
Украинская сторона бьёт даже по КТК — по маршруту, через который идёт в Новороссийск казахстанская нефть, а не российская. Россия там, по сути, получает плату за транзит через свою территорию. Дальше нефть идёт на экспорт. То есть это история не про «российскую трубу для российской нефти», а про международный маршрут с участием иностранного капитала.
Более того, по неофициальным данным, Джей Ди Вэнс, вице-президент США, лично просил Зеленского не наносить удары по КТК. Лично просил. Потому что в консорциуме сидят вполне конкретные иностранные акционеры: Chevron — 15%, LUKARCO — 12,5%, Mobil Caspian Pipeline — 7,5%, Rosneft-Shell Caspian Ventures — 7,5%, BG Overseas Holding — 2%, Eni — 2%, Oryx Caspian Pipeline — 1,75%.
И что? Это помогло? Нет. По связанным с этим маршрутом объектам и судам всё равно били. То есть даже наличие иностранной нефти, международных интересов и, как утверждают, личной просьбы вице-президента США не является никакой гарантией безопасности. После этого надо быть либо клинически наивным, либо просто глупым, чтобы всерьёз верить, будто склады Ozon на территории России кто-то станет щадить из-за нескольких процентов у западных фондов.
Самое отвратительное во всей этой истории — даже не то, что били. А то, что никто, похоже, ничему не учится. После ударов по складам Wildberries уже было понятно, что крупные логистические объекты — очевидная цель. Уже тогда следовало принимать хоть какие-то меры защиты. Хотя бы элементарные. Хотя бы те же металлические сети, которыми сейчас начинают прикрывать электростанции в том же Крыму и НПЗ по стране. Почему нельзя было соорудить подобную защиту над складами Ozon? Почему всё, как всегда, делается только после того, как уже загорелось, рухнуло и нанесён миллиардный ущерб?
И вот теперь за эту тупость, за это вечное русское «авось» и за чужое управленческое бездействие будут расплачиваться не акционеры. Платить будут обычные люди. Продавцы, селлеры, малый бизнес. Те, кто закупал товар на последние деньги. Те, кто влезал в кредиты. Те, кто закладывал имущество, квартиры, всё, что имел, лишь бы работать. Те, кто строил своё дело не от хорошей жизни, а потому что иначе просто не выжить.
Поэтому хочется зафиксировать главное. То, что случилось с Татьяной Ким и Wildberries, теперь происходит с Ozon, а завтра может произойти с любой российской компанией.
«Разговор при галстуках»|Подписывайся
