Частная галерея «291» мецената, а также крупнейшего теоретика и практики фотографии Альфреда Стиглица была вторым, после Центра Феррера, местом в Нью-Йорке начала XX века, где любой желающий мог познакомиться с модернистским искусством и стать участником происходившей прямо на глазах творческой революции.
Открытая в 1905 году, она представляла собой идеальное выставочное пространство, в котором с художников не взимались деньги за выставление работ, не списывались комиссионные за их продажу, и все каталоги и рекламные объявления подготавливались самим Стиглицом за его счет. Помимо фотографических работ и европейского авангарда, посетители галереи могли познакомиться с экспериментальными произведениями первых американских модернистов: Джорджии О'Киф, Кэтрин Родс, Макса Вебера, Марсдена Харли и многих других.
Вокруг выпускаемого им журнала Camera Work формировался круг антиавторитарных художников, разделявших индивидуалистические «поиски истины», через которые сам Стиглиц обосновывал свой «философский анархизм», вдохновленный Львом Толстым, в политике и эстетике. Он был поклонником Эммы Гольдман, поддерживал Mother Earth и разделял с Робертом Анри презрение к академическому консерватизму и коммерциализации художественных практик в капиталистическом арт-рынке.
Пожалуй, наилучшее описание эффекта, оказываемого деятельностью галереи Стиглица, оставил друг Альфреда, анархист Адольф Вольф в письме из тюрьмы Блэквелл Айленд.
Здесь, в тюрьме, — писал Вольф, — все институционально, единообразно, рутинно [sic], догматично, академично, подсчитано, закреплено, заперто и безнадежно; там, в «291», все свободно, неформально, полно энтузиазма, борьбы, достижений, реализации, расширения, восторга, радости, жизни... Там каждый свободен наслаждаться свободой выражения в других, тем самым делая ее своей собственной свободой и своим собственным выражением. Я искренне надеюсь, что все гнилые, грязные, развращающие тюрьмы будут стерты, и система, которая требует тюрем, исчезнет с лица земли, в то время как дух «291» будет расти и множиться, ибо это дух свободы, самовыражения, искусства, жизни в самом высоком и глубоком смысле.