Удивитесь: самой популярной русской сказкой о лягушках была не «Царевна-лягушка» (хотя ее тоже любили, очень уж она смешная), а история про испытания девочек в колодце.
Коротко напомню: грандиозная сказочная тема про падчерицу делится на три основные части.
Первая – «Морозко»: мачеха отправляет падчерицу в зимний лес, чтобы замерзла. Вторая – про жмурки: падчерицу бросают в летнем лесу, чтобы медведи (волки, леший) сожрали. Третья как раз про колодец, куда падчерица ныряет за уроненным ведром/веретеном.
Везде девочку ждут испытания. В литературных пересказах все они – испытания вежливости, доброты и смирения, но это уже наносное. Тот же Морозко на деле вообще непонятно, чего добивается, и кажется, он просто хочет докопаться до девочек.
Доктор Е.А. Самоделова аккуратно предположила, что сказка «Морозко» вначале была про испытание женской хитрости: кто ловчее соврет, тот и молодец. Мне это кажется очень правдоподобным, потому что падчерица в некоторых сюжетах врет вообще всем, и сказке это нравится, она награждает обманщицу деньгами, почетом и престижным мужем.
В летнем лесу антагонист испытывает в общем тоже хитрость девочек. Падчерица быстро организует альянс с мышами, которых подкупает куском каши. Благодарные мыши заменяют ее в игре с антагонистом в жмурки. Антагонист обманут, девочка спасена.
И в колодце она должна продемонстрировать хитрость, находчивость, чтобы справиться с несколькими испытаниями. Здесь антагонист обычно Яга, а одно из заданий: попарить детишек Яги. И тут, наконец, на сцену выходят самые популярные в корпусе русских сказок лягушки.
Яга вручает девочке решето: наноси, мол, воду в баню. Девочка обмазывает решето глиной и благополучно приносит воду. Затем ведет себя как большой знаток герпетологии и с великой аккуратностью моет лягушечек (также ящериц, змей и мышек). Они потом хвастаются Яге:
«Ты хорошо нас мыла, а Наташа еще лучше».
(Фольклор семиреченских казаков. Ч. 2. Алма-Ата. 1979. № 17);
«Напарила нас Машенька, намыла, да так, как ни разу в жизни не мылись мы».
(Русские народные сказки о мачехе и падчерице. Новосибирск. 1993. № 41);
«Ой, матушка, так она нежно с нами. Ты уж ее награди чем-нибудь».
(Сказки Водлозерья. Петрозаводск. 2013. № 50).
В итоге падчерица отовсюду возвращается с наградами (иногда даже в модной енотовой шубе, во французском платке и с колбасой).
Мачеха отправляет в лес или колодец родную дочку: мол, моя еще больше колбасы принесет! Увы, не принесет. Купать лягушек она не умеет, террариумистика – не ее конек. Даже лапки некоторым отрывает!
В наказание ее обезображивают. Обливают смолой (вспомните немецкую «Госпожу Метелицу»), превращают в цыганку или старуху и выгоняют обратно на землю.
Если согласиться с В.Я. Проппом, что такие сюжеты – отголоски подлинных инициаций и брачных испытаний, то получается очень крутой кунштюк.
Оказывается, древнеславянская девушка должна уметь: 1) врать духам, 2) кормить мышей, 3) купать лягушек. Это базовое. Всякая готовка, шитье и прочее – ерунда. Главное, чтобы в террариуме все были сытые, а духи обманутые («Добрый день. Домовой Иван? Вам звонят из службы безопасности Сбербанка») .
Такая девочка затем легко могла и коня на скаку остановить, конечно. Не исключено, что просто взглядом...
Минутка этнографии
#среда_скакухи
