...Вчера дорогому моему человеку, любимому актёру, народному артисту России с армянскими корнями Владимиру Михайловичу Татосову могло бы исполниться 100 лет!
На глаза попалось интервью 2016-го года, после того, как он снялся в моём "Соло". Из интервью- спасибо Владимиру Желтову- фонтаном бьёт темперамент татосовский, энергия его неуëмная, мощная харизма мужская. Вот вам фрагмент интервью небольшой...
"...В апреле был в столице, где снялся в картине «Соло» в роли бывшего сотрудника внешней разведки дореволюционной России в Японии. Живет он в Москве, у него больные ноги, ему 101 год…
- Роль, прямо скажем, возрастная!
- Возможно. (Смеется.) Иван Андреевич Нечаев - человек он со сложной судьбой. Вернулся в Советский Союз, тут же, как водится, был репрессирован, потерял жену, сына. Между прочим, приятель Александра Николаевича Вертинского. Я с удовольствием его играл.
- Большая роль?
- Как сказал мне режиссер…
- А режиссер-то кто?
- Константин Абаев. Когда Константин мне звонил, роль была второго плана. После того, как закончились съемки, режиссер сказал: «Владимир Михайлович, ваша роль перешла в разряд ролей первого плана».
- Абаев объяснил, почему пригласил именно вас?
- Да! Я спросил: «Откуда вы меня знаете?» - «Когда я был студентом второго курса журфака, мне безумно нравился фильм «Выигрыш одинокого коммерсанта». Картина эта была снята чилийским режиссером Себастьяном Аларконом. В самом начале 70-х Аларкон приехал в Москву, поступил во ВГИК, учился у Романа Кармена, после прихода к власти в Чили военной хунты во главе с генералом Пиночетом, остался в Советском Союзе, на «Мосфильме» снял пять или шесть фильмов. В четырех снял меня. «Я помню вас в этом фильме, и мои друзья-студенты тоже помнят», - сказал Константин, и как бы в доказательство своих слов процитировал какую-то «мою» фразу, которую я давным-давно забыл! А он помнит! «Других картин с моим участием вы, конечно, не видели?» - «Что вы! Я пересмотрел все фильмы, где вы снимались. Но на вас вышел из-за чилийца Каэтано в «Одиноком коммерсанте». Я запомнил ваши глаза. «Вот кто мне нужен! - подумал я. - Столетнего разведчика должен играть Татосов». Владимир Михайлович, никаких проб не будет! Считайте, что вы утверждены!» Вскоре мне прислали сценарий. Прочел – роль оказалась очень интересной.
- Сколько было съемочных дней?
- Всего несколько дней, но работали мы плотно: с раннего утра до позднего вечера. Я сразу предупредил: я не в том возрасте, чтобы гулять по Москве.
А мундштуку больше ста лет!
- Что-то интересное на съемках было?
- Мне было интересно все! Это же моя профессия. Но вас, наверное, интересует юмор и сатира…
- Ну почему непременно «юмор и сатира»!..
- Нет, ничего этакого не было. Я в подобные ситуации не попадаю никогда – не тот человек. Все было очень профессионально и серьезно. Снимали мы в московском НИИ нейрохирургии имени Бурденко - там, где моему персонажу делали сложнейшую операцию. В съемках принимали участие сотрудники клиники…
- Ну, вот! А вы говорите! Уже одно это интересно!
- …включая крупнейшего специалиста в области нейрохирургии профессора Николая Александровича Коновалова. В операционную меня на коляске везла настоящая медсестра. Настоящую кислородную маску на меня надевали. А перед тем, как моему герою отправиться на операцию, я попросил молодого хирурга по имени Лев (его играет Дмитрий Волков ): «Левушка, дайте сигарету! Так хочется курить!» Левушка угощает меня сигаретой. Я вставляю ее в мундштук, который принадлежал моему отцу, и закуриваю.
- СтопСтоп! С этого места, пожалуйста, подробнее!
- Прочитав сценарий, я пофантазировал по поводу своего героя, позвонил Константину Абаеву и сказал, какие мне пришли мысли. Моему персонажу запрещено курить. Объясняю режиссеру: «Иван Андреевич время от времени вынимает из кармана мундштук, нюхает его, берет в зубы. Мундштук у меня есть, старинный, янтарь с серебром, – еще отец мой пользовался им». Константин воскликнул: «Прекрасная деталь! Обязательно привезите мундштук!» Эта «прекрасная деталь» заняла свое место в картине, и даже «вывела» меня на песню.
- Простите, не понял.
