Про «Одиссею» Кристофера Нолана оставлю небольшую рецензию.
В советском кинематографе использовалась приписка «по мотивам». Она честно предупреждала, что это вольное использование режиссёром темы произведения, поэтому никто не придирался. Голливуд такую приписку не использует и, по моему мнению, зря. Почему?
Любое экранное произведение — это высказывание режиссёра. Данное высказывание режиссёр облекает в любую форму, главное, чтобы до зрителя дошёл посыл. Например, посыл режиссёра: «Иисус всех прощает». А фильм — типичный хоррор-ужастик, в котором нет ни слова об Иисусе и о всепрощении. Но если до вас дошло — значит, режиссёр справился. Иногда режиссёр очень сильно прячет посыл, но его всегда можно разгадать, разобрав его картину.
Нолан — режиссёр, который снимает на широкую массовую аудиторию. Прятаться за смыслами и сюжетами (то есть усложнять) ему нельзя — не поймут-с. Поэтому от Гомера у Нолана остаётся только путешествие домой, без конфликта внутри оного. Конфликт Одиссея с богами убран. И даже Афина, богиня войны, там непонятно что делает.
У Гомера Одиссей, несмотря на кажущуюся центральность фигуры, персонаж ведомый. Мы с самого начала знаем, что он доплывёт до дома и наваляет всем, потеряв всю команду. Нам это в самом начале сообщают устами Зевса, потом повторяют в царстве Аида. То есть нам Гомер сразу выдал спойлер. Зачем? А потому что посыл его «Одиссеи» не про сильного человека, а про человека, который возгордился и сравнил себя с богами, не принеся жертву Посейдону перед отплытием после взятия Трои. Агамемнон и Менелай — тоже. А вот товарищ Нестор принёс жертву и спокойно доплыл, не потеряв людей. Какой бы ты крутой ни был — чти богов.
У Гомера интересным становится именно конфликт богов: Афины и Посейдона. Как боги выкрутятся при прямом запрете на убийство героя Одиссея. А сам Одиссей там имеет вполне себе меняющуюся личность, когда он понимает, за какие грехи ему такие страдания наслал Посейдон.
У Нолана боги где-то там и только в названиях. Даже Афина, которая иногда «тенью отца Гамлета» присутствует возле Одиссея, вообще не несёт никакой смысловой нагрузки. Убери Нолан Афину так же, как он убрал Посейдона и Зевса, — божественное присутствие, — и ничего не изменится.
Поэтому и не надо сравнивать, насколько Нолан смог экранизировать Гомера. Ни насколько. Он его вообще не экранизировал. У Нолана Одиссей — герой войны, который с трудностями пытается добраться до дома. Причём он точно знает, что до дома доберётся, но один, и что там наваляет всем. И это не парафраз Гомера. Одиссей у Нолана не меняется. Нам, как бы, пытаются продать изменение Одиссея, когда Калипсо убеждает его поддаться силе волн и не сопротивляться, но это вообще никак не арка персонажа — ты всё равно доплывёшь, как и предсказано. Так и не надо сопротивляться.
Изменением характера Одиссея (аркой персонажа) не является и его общение с Пенелопой в виде нищего, где он рассказывает, как страшна война. Потому что он смело потом мочит женихов, а до этого всё своё путешествие от души гонял врагов. Это не изменение характера. Одиссей не меняется у Нолана. Все пункты его приключений были показаны без следствий для главного героя. Типа было — и было. И не было ни одной постельной сцены с ним. Вообще. Даже намёка. Так какой же посыл заложил Нолан? По моему скромному мнению — ни грязь войны, ни сложность возвращения домой, ни наведение порядка. А простое: «Любовь и верность — превыше всего». Агамемнона убивает Клитемнестра, его неверная жена, которая мстит за приношение в жертву их дочери. Менелай возвращает Елену (ради которой замес с Троей начался), они счастливы, но Елена просит прощения. А вот Пенелопа чиста тем, что не поддаётся женихам и ждёт своего мужа.
Эта тема была и у Гомера, но через второстепенную линию, которая была наградой для Одиссея. Несмотря на то, что сам герой переспал с разными богинями — от Цирцеи до Калипсо. Тогда общество мужчин за подобное не осуждало, а верность женщины есть верность очага.
Нолан же использовал только этот посыл, убрав максимально всё, что порочило бы самого Одиссея. Иначе не склеился бы сюжет.