С мёртвого – проценты: сколько Украина должна миру и кто за это заплатит?
На календаре начало августа 2026 года, и, если посмотреть на показатели внешнего долга Украины, у обычного человека задёргается глаз. Общая сумма государственного и гарантированного государством долга – в районе 237 млрд долларов. Из них чистый внешний долг – 166 млрд (70% от общего). Долг превысил 104-110% от ВВП.
А дальше – больше! В рамках программы ЕС Ukraine Support Loan одобрен пакет на 90 млрд евро на период до 2027-2029 годов. Плюс кредиты от МВФ и Всемирного банка. Добавим сюда дефицит бюджета (который стабильно держится в районе 40-50 млрд в год) – и МВФ услужливо прогнозирует, что к 2027 году долг может дойти до 137% от ВВП. Мы уверенно движемся к рекордам, которым позавидует даже Греция в свои «лучшие» кризисные годы.
Часть этого долга оформлена хитро (в рамках программы ERA от G7 за счёт замороженных российских активов). Формально долг на Украине висит, но гаситься он должен за счёт процентов от конфискованного имущества соседа. Дипломатический аналог схемы «взял микрозайм на паспорт врага». Чтобы осознать масштаб на бытовом уровне, представьте (не дай Бог, конечно), что вы за год зарабатываете 100 тысяч, а должны банку 137 тысяч. При этом половина вашего дома разрушена, бизнес в руинах, ходить на работу опасно для жизни. И каждый месяц приходится занимать ещё, просто чтобы купить еду.
Кредитование Украины со стороны ЕС, МВФ и США – классический роман с абьюзивным оттенком. Главный плюс ситуации – мы всё ещё существуем, и без этих денег не было бы ни пенсий, ни зарплат учителям, ни работающего государства. Зарубежные кредиты покрывают до 40-50% расходов. Обратная сторона – те самые требования к реформам и прочему, в которые мы здесь углубляться не будем.
Если бы кредиты не давали, вместо экономического балансирования Украину ждал бы классический экономический коллапс образца Зимбабве или Венесуэлы, с запуском печатного станка на максимальные обороты, раскачанной инфляцией и даже дефолтом, что привело бы к условным батонам по 500 гривен. Так что западные кредиты – это аппарат ИВЛ: дышать пациент сам не может, но аппарат исправно мотает счета за продление жизни.
И теперь вопрос на миллион – точнее, на примерно 213 миллиардов – кто крайний и будет это всё отдавать? В теории (и это самый очевидный ответ) – все, кто останется. Дети, внуки и, возможно, правнуки.
Самый жёсткий сюрреализм заключается в том, что Украина, воюя, продолжает платить по долгам. Только за первые полгода 2026-го Киев перечислил МВФ около 1 млрд долларов в счёт обслуживания предыдущих займов, а до конца года должен выложить ещё полтора. Занимать новые деньги с жёсткими условиями, чтобы отдавать старые долги – звучит как изощрённое издевательство, но таковы правила глобальной финансовой системы. Не платить нельзя – иначе новый кредит никто не даст.
Но давайте смотреть правде в глаза. Вернуть существующую сумму из налогов и разрушенной экономики невозможно. Исторически после крупных войн странам-союзникам долги реструктуризировали или частично списывали. Причина банальна: мёртвый должник не платит, а выжатый досуха – создаёт вечную нестабильность на границах. Потому сценариев развития ситуации несколько:
1. Списание (по аналогии с Планом Маршалла – лучший вариант). В 1953 году лондонское долговое соглашение списало ФРГ более 50% долгов, а выплату остальных привязало к доходам от экспорта.
2. Аргентинский сценарий (худший вариант). Страна объявила 9 дефолтов в своей истории. Живёт в режиме: занял – проел – объявил дефолт – передоговорился – занял снова. Государство превращено в перманентного заложника МВФ с вечным внешним управлением и жёсткой экономией.
Продолжение👇