Год назад мы потеряли 100 000 посетителей в день. За одну ночь.
Ровно год назад, 2 сентября, на сервере одновременно вышли из строя оба диска в RAID-массиве. На них лежали проекты, которые мы развиваем с партнёром с 2019 года, — Звукограм и ещё несколько. Это ключевые проекты, на них я собирался опираться следующие годы. На скрине выше трафик Звукограма в тот день. По графику провал доходит до нуля 3-го числа: за 2-е успели натечь остатки трафика, но сайты были уже мертвы.
Первые часы я надеялся, что это временный сбой. К вечеру выяснилось, что полных бэкапов нет — только фрагменты сайтов на локальных дисках, и те неактуальные. Я полагался на RAID: два диска сразу не умирают.
Умирают.
Это очень глупая ошибка. Я в интернет-бизнесах с 2006 года — и погорел на довольно тривиальном событии.
Шел отсчет на часы. По опыту знаю: если сайт недоступен долго, поисковики перестают давать ему трафик как раньше даже после восстановления. Одновременно тысячи клиентов сервиса синтеза речи остались с оплаченными балансами и неработающим сервисом. Со стороны это выглядело как обычный скам: люди заплатили, сервис не работает.
Так закрываются компании. Например, в 2014 году хостинг репозиториев Code Spaces потерял данные вместе с бэкапами после атаки — и прекратил работу за несколько дней. Не «понёс убытки», а просто перестал существовать.
Начали работать с первых часов краха. Арендовали новый дедик и погнали. Разбирали это вдвоём с партнёром — месяц, без выходных, по шестнадцать часов. Он ведущий разработчик, на нём весь функционал: логика сервисов, бэкенд, всё, что должно работать. На мне — всё остальное: контент, SEO, тысячи страниц, инструкций и руководств, которых больше нигде не существовало.
MVP подняли за три дня. Ещё четыре недели ушло на 90% страниц и функций.
Но сайт и бизнес — разные вещи. Пенальти от поисковиков мы получили, и трафик с выручкой вернулись только к маю 2026. Восстановление функционала заняло месяц, восстановление результата — восемь.
Весь этот приод нас вытаскивали нейросети, а именно Claude, GPT и лайт модельки на API OpenRouter. Я написал через Cursor десяток инструментов: парсер веб-архива, который сравнивал старые слепки страниц с восстановленными; помощник для персональных ответов клиентам — они возмущались, и по делу; поиск уцелевших файлов по локальному диску; браузерные автоматизации для заливки данных в CMS там, где нет API; выгрузку свежих данных из API Метрики и многое-многое другое.
Вручную мы бы это не смогли сделать.
Помимо скорости нейросети дали главное — уверенность. Как именно вытаскивать проект, было непонятно. Но сомнений, что вытащим, не возникло ни разу. Помогли навыки промптинга и методики из научно-практических работ по LLM, которые я собираю уже два года.
Фразу про то, что люди делятся на тех, кто делает бэкапы, и тех, кто ЕЩЕ не делает, я слышал сто раз. Прочувствовал год назад. Приятного мало.
Проверьте, когда у вас была последняя резервная копия. Прямо сейчас, не откладывая.
⁂
Новых видео давно не было по понятной причине: до мая я разгребал последствия. И немного перегрелся — авральный режим на четырёх мониторах даром не проходит. Агенты снимают работу рук, но не напряжение: решения всё равно твои, и цена ошибки не меняется.
Всё внимание ушло в проекты — их надо было вытащить, и от этого зависело всё остальное. Блогинг пришлось урезать, хотя это направление мне очень нравится. Но говорить об ИИ имеет смысл, когда я чувствую, что у меня есть результат. К маю результат вернулся и даже больше.
А далее лето работал в лайт-режиме. В этом сезоне в Питере ветра выдались хорошие — много катался на кайте. Легкий экстрим разгружает голову. Да и к тому же, мои настроенные ИИ-агенты работают часто автономно.
Зато за этот год накопился ворох техник автоматизации. Дальше всего я продвинулся в браузерных: они выручают там, где нет API — а его нет во многих сервисах, а где есть, там ограничения по лимитам и правам. Скоро покажу, как автоматизирую браузерную работу через ИИ. Но не ранее, чем через месяц-полтора ;)
