Как советские ревизионисты слили американцам первенство в информационных технологиях.
30 декабря 1967 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление о развитии производства средств вычислительной техники. Это постановление обязало советские институты прекратить собственные разработки и переориентироваться на копирование американской машины IBM-360 1964 года.
Расскажем об условиях, которые сложились в данной области науки к этому времени. К этому времени в СССР появилось несколько конструкторских бюро, проектировавших свои модели вычислительных машин: “БЭСМ-6”, “Минск”, “Урал” и др. Эти бюро были расположены в Москве, Минске, Киеве, Ленинграде, Пензе, Ереване. Несмотря на очевидные успехи в развитии этой новой отрасли, существовала некоторая сложность: разные модели машин были трудно совместимы друг с другом. Даже байты у них были разными: в “БЭСМ-6” и «Мир» байт был шестибитным, в «Минск-32» — семибитным, а в серии «Урал» - произвольная длина, от 1 до 48 бит. Это создавало трудность в виде препятствия для разработки общего ПО и переноса баз данных. Необходимо было свести все разработки к общему знаменателю, создать единую систему ЭВМ. На повестке стояло развитие ЭВМ третьего поколения. Задание по созданию единого ряда машин, которое впоследствии трансформировалось в «Единую систему» (ЕС) ЭВМ, звучало так: «Разработка комплекса типовых высоконадежных информационных вычислительных машин с диапазоном по производительности от 10 тысяч до 1 миллиона операций в секунду, построенных на единой структурной и микроэлектронной технологической базе и совместимых системах программирования». Для этих целей был создан Научно-исследовательский центр электронной вычислительной техники (НИЦЭВТ). Генеральным конструктором ЕС ЭВМ был назначен кибернетик Сергей Крутовских.
За рубежом же обеспокоились несовместимостью своих ЭВМ еще раньше. К разработке единых систем приступили в США, Англии, ФРГ. В США в 1964 г. была разработана система машин IBM-360. Несколько позднее в Англии фирмой ICL был разработан ряд ЭВМ третьего поколения “Система-4”.
Надо сказать, что даже в середине-конце 1960-х гг. уровень развития советских ЭВМ был за некоторым исключением все еще наравне с западными аналогами. Несмотря на очевидную недальновидность руководства советских ревизионистов. Например, машины модели “Урал” Пензенского НИИ математических машин по архитектуре и функциональным возможностям не уступали зарубежным IBM-360 и “Система-4”. В этом НИИ во главе с Баширом Искандаровичем Рамеевым (о нем мы писали в предыдущей статье) уже к тому времени заканчивали разработку модели “Урал-25”, что могло обеспечить создание мощных многомашинных автоматизированных систем. “Уралы” уже работали в вычислительных центрах, на заводах, в банках, в системах военного назначения.
Следует упомянуть и ещё одно обстоятельство, сопутствующее этим событиям. По инициативе Н.С. Хрущёва ряд институтов, занимавшихся разработкой вычислительной техники, был передан промышленным министерствам. Институт точной механики и вычислительной техники (ИТМ и ВТ АН СССР) был передан Минрадиопрому.
Дискуссия о структуре и архитектуре третьего поколения ЭВМ в СССР развернулась в конце 1960-х годов. В январе 1967 года состоялось совместное заседание Комиссии по вычислительной технике АН СССР и Совета по вычислительной технике при Совете Министров СССР. Вёл это заседание профессор, математик, кибернетик Виктор Михайлович Глушков. Обсуждался важный вопрос: на основе чего должна быть создана ЕС ЭВМ, брать ли для этого собственные разработки или использовать зарубежные аналоги? Создание ЕС ЭВМ, к слову, планировалось совместно со странами СЭВ (Совет экономической взаимопомощи, куда входили СССР, Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, ГДР, Куба, Монголия). В ходе этого совещания было принято решение взять за прототип логическую основу и систему команд, принятую в IBM-360. Единственным противником такого решения на том заседании был сам председатель собрания профессор
