«Старичок седенький, маленький, простенький, в белом кафтане без всяких украшений... Он казался нам сущею курочкою, и никто... и мыслить того не отваживался, чтоб мог он учинить что-нибудь важное», - так описывал будущий энциклопедист Андрей Болотов, служивший тогда в канцелярии кенигсбергского генерал-губернатора, впечатление молодых офицеров от Петра Семеновича Салтыкова. Того как раз назначили главнокомандующим русской армией, которой предстояло снова столкнуться с армией Фридриха Великого, удивлявшего «всю Европу своим мужеством, храбростию, проворством и знанием военного искусства».
Шел июнь 1759 года — разгар Семилетней войны. В совокупности силы коалиции намного превосходили войска Фридриха, но территориально находились далеко друг от друга. Весной было принято решение о соединении русской и австрийской армий — в этом случае прусскому королю угрожало бы войско в 250 тысяч. Но австрийский фельдмаршал Даун трусливо медлил, не желая подставляться противнику. Фридрих же стремился любой ценой помешать встрече армий.
Тем временем главнокомандующий русских Фермор был отстранен от должности из-за разнообразных обвинений; на смену ему в этот решающий момент поставили Салтыкова, которому уже перевалило за 60, который никогда не командовал армией и только благодаря выслуге чинов стал генерал-аншефом. Салтыкову предстояло обеспечить объединение. Фельдмаршал Даун занимался бессмысленными марш-маневрами, не удаляясь особенно от своего лагеря в богемском Рейхенберге — он вовсе не собирался первым подставлять себя под удар, пусть бы русским пришлось выдерживать его в одиночку. Оставалось только идти ему навстречу, хотя все понимали опасность такого решения.
Фридрих тем временем делал все, что мог. Его посланник в Константинополе изо всех сил старался организовать нападение турок на Россию, чтобы рассеять ее военную силу. А в Пруссии навстречу русским войскам король направил бесстрашного генерал-лейтенанта фон Веделя, наделив его самыми широкими полномочиями и дав строгий приказ не допустить переправы русских через Одер и соединения с австрийцами. Что мог сделать Салтыков?
«... мы не понимали, как такому простенькому и по всему видимому ничего не значащему старичку можно быть главным командиром столь великой армии», - удивлялся Болотов. Но внезапно оказалось, что новый главнокомандующий не так-то прост: он лично участвует в рекогносцировках, сам командует пехотой, руководит разведкой и прекрасно оценивает положение. Во время маршей находится в авангарде, в разгар баталии — в центре событий. 23 июля два войска встретились в битве при Пальциге — и пруссаки потерпели сокрушительное поражение.
«Простенький старичок» и «сущая курочка» оказался для Фридриха II куда более опасным противником, чем многоопытный тактик Даун. Успех его обходного маневра, удачный выбор позиции, предусмотрительное усиление правого фланга, своевременное перемещение резервов с левого крыла — все это показало его как полководца, вполне достойного соперничать с самим Фридрихом Великим. Три недели спустя этот тезис подтвердился на практике: Фридрих лично возглавил свою армии в сражении при Кунерсдорфе — и проиграл.
3 октября на фестивале «Цифровой истории» в Москве военный историк Борис Кипнис расскажет об этой незаслуженно забытой победе русского оружия — одном из важных сражений Семилетней войны. Не пропустите!
👉🏻Регистрируйтесь
📍Лекции пройдут в культурном центре «Вдохновение» (Москва, Литовский бульвар, 7).
Партнёр фестиваля — Российское военно-историческое общество. Партнёры фестиваля — издательство «Питер», «SBTG.RU».