У великих колод почти всегда есть второй автор. Просто его имя часто исчезает с коробки.
Мы привыкли связывать колоду с одним именем.
❤️Таро Уэйта.
❤️Таро Тота.
❤️Таро Дали.
Звучит так, будто однажды великий мужчина сел за стол, открыл канал в высшие миры и совершенно самостоятельно произвёл на свет семьдесят восемь карт.
Но стоит приблизиться, и почти везде обнаруживается второй человек.
❤️У Артура Уэйта была Памела Колман Смит.
❤️У Алистера Кроули была Фрида Харрис.
И это не технические исполнители, которые просто «нарисовали то, что им сказали».
Без их глаза, руки, пластического языка, выбора формы и способности превратить идею в образ тех колод, которые мы знаем сегодня, просто не существовало бы.
Однако история обладает странной привычкой.
❤️Человек, который формулирует систему, остаётся в названии.
❤️Человек, который даёт ей тело, постепенно растворяется в примечаниях.
Колода вообще плохо рождается в одиночку.
Потому что Таро само по себе построено на соединении противоположностей.
Идеи и изображения.
Абстрактного и материального.
Сознания и воображения.
Мужского и женского принципа.
Того, кто знает, что должно быть сказано, и того, кто чувствует, как это должно выглядеть.
Это почти иерогамия, творческий священный брак. И в разговоре о Таро Дали появляется Аманда Лир как фигура, связанная с процессом создания колоды, а рядом с ней неизбежно возникает Гала, без которой вообще трудно представить зрелого Дали.
И здесь начинается гораздо более интересный разговор, чем спор о том, «кто именно сколько нарисовал».
Может ли произведение принадлежать одному человеку?
Мы очень любим идею гения-одиночки.
Она красивая.
Художник. Закрытая мастерская. Озарение. Шедевр.
Реальное творчество почти никогда так не работает.
Внутри большого произведения живут десятки встреч.
❤️Разговоры.
❤️Чужие лица.
❤️Возлюбленные.
❤️Соперники.
❤️Книги.
❤️Музеи.
Люди, которые сказали: «это плохо».
И люди, которые однажды сказали: «продолжай».
Даже если на обложке остаётся одно имя, произведение всё равно оказывается местом встречи многих сознаний.
У Дали это видно особенно хорошо.
Он вообще не очень верил в скромное искусство.
Его подпись сама становится изображением.
Возможно, подпись Дали — 79-я карта его Таро
Представьте себе.
Перед вами изображение.
И вдруг в него входит росчерк:
Dalí.
Автор как будто говорит:
Вы всё это время находитесь внутри моего сознания.
Можно относиться к этому как угодно.
Возмущаться коммерциализацией искусства.
Восхищаться дерзостью.
Улыбаться.
Но отрицать талант Дали превращать символический капитал в материальный довольно трудно.
Сегодня художнику мало создать произведение.
Ему приходится создавать контекст вокруг него.
Собственный язык.
Публичный образ.
Способ быть узнанным.
Дали понял это задолго до социальных сетей.
Он сделал произведением не только картины.
Он сделал произведением собственное присутствие.
Одна карта может содержать несколько голосов, которые спорят друг с другом.
И самое интересное начинается именно между ними.
Таро вообще возникает между двумя
❤️Между вопросом и ответом.
❤️Между сознательным и бессознательным.
❤️Между человеком и изображением.
❤️Между традицией и личной интерпретацией.
❤️Между автором и тем, кто взял карты в руки.
Поэтому мысль о творческой парности мне кажется здесь особенно красивой.
Настоящая колода не должна быть монологом.
Она должна выдерживать встречу.
Хорошие карты, как картины, со временем начинают казаться больше собственных создателей.
Вот где происходит последняя иерогамия.
Между картой и тем, кто смотрит.
Сегодня мы начинаем большой курс Екатерины Дайс «Таро Дали».
Мы будем рассматривать карты, находить источники изображений, сравнивать системы, разбирать символы, биографические ключи, подписи, художественные цитаты и учиться видеть, каким образом Дали заставляет несколько смыслов существовать внутри одного аркана одновременно.
Потому что иногда лучший способ научиться читать Таро состоит вовсе не в том, чтобы выучить больше значений.
А в том, чтобы наконец научиться смотреть.