Фиговые листочки
Сегодня, когда моральные требования к контенту всё чаще диктуются сверху, мы наблюдаем ответную реакцию - эпидемию «искусства», за которым прячется откровенная эротика. Тот самый контент 18+, спешно нацепивший фиговый листок эстетики. На днях наткнулась на «дамочку», пропагандирующую традиционные ценности и одновременно публикующую свои НЮ-фото под соусом «эстетики женского тела». Ну-ну, знаем мы эту эстетику. История не новая.
Вероятно, самый хрестоматийный пример такой маскировки «Афродита Книдская» Праксителя. Первый в греческом искусстве монументальный образ полностью обнажённой богини. Оправданием такого разврата было купание, которое возвращало Афродите девственность. Это сделало статую «приемлемой», что не помешало ей вызвать настоящий секс-туризм в Книд. Моделью служила гетера Фрина, возлюбленная скульптора и самая высокооплачиваемая куртизанка Афин. Схожая история - культы Диониса и Приапа. То, что сегодня назвали бы порнографией, служило украшением спален и визуальным афродизиаком. Сцены группового секса и зоофильные мотивы соседствовали с символическими сюжетами без деления на «высокое» и «низкое». Когда раскопки Помпей прогремели на всю Европу, археологи были настолько шокированы, что создали «Секретный кабинет», спецхран для оскорблявших новую мораль артефактов.
XIX век сорвал мифологические маски окончательно. «Происхождение мира» Гюстава Курбе. Реалистичное изображение женской вульвы крупным планом без всяких аллегорий. Чистый, анатомический взгляд художника на правду жизни. Полотно до сих пор заставляет спорить, где грань между натурализмом и порнографией? Эгон Шиле пошёл ещё дальше. Его гротескные, откровенные рисунки привели художника на скамью подсудимых за распространение порнографии. Судья сжёг одну из работ прямо в зале заседания. Сегодня эти же рисунки стоят состояния и выставляются в крупнейших музеях мира. Апофеозом легитимизации эротики стал «порнографический шик» Хельмута Ньютона. Его агрессивно-сексуальные фотографии с темами БДСМ и доминирования публиковали Vogue, Harper's Bazaar и Playboy. Статус «высокой моды» автоматически превращал любую сцену в искусство.
Список можно продолжать: японская сюнга, «Сад земных наслаждений» Босха, «Качели» Фрагонара, фотографии Араки. Всё это музейные шедевры. Но уберите налёт элитарности, вынесите из музеев и искусство вмиг получит штамп «разврат».
Так что же, та самая «дамочка» со своими НЮ просто звено в исторической цепи? И да, и нет. Гетера, позировавшая для богини, викторианский буржуа, прятавший «Происхождение мира» за занавеской, и современный блогер, натягивающий маску «искусства» на откровенный контент, все они играют в одну игру. Игра называется «легитимизация желания». Только одним это удаётся за счёт гениального мастерства и времени, а другим лишь за счёт самоубеждения. Возможно, именно честного признания - «я просто хочу показать тело, и в этом нет ничего плохого» - нам сегодня и не хватает больше всего. Без лицемерия и фиговых листочков.