Видят ли операторы, что мы смотрим в интернете?
В свете последних событий (мы недавно писали об утечке данных eGov о 15 миллионах казахстанцев) давайте поговорим о том, какие наши данные есть у оператора. Мы часто думаем, что оператор знает о нас только номер, тариф и баланс. На деле он знает намного больше. И часть этого знания нужна ему просто для работы связи.
Оператору известны ваши базовые абонентские данные: номер, ИИН, документ, адрес, дата договора, подключенные услуги. В правилах сбора и хранения служебной информации также указаны данные интернет-сессий: IP-адрес, время выхода в сеть, объем переданной и принятой информации, адреса обращения к интернет-ресурсам и идентификаторы устройств.
Если проще: оператор не просто видит, что вы «пользовались интернетом». Он понимает, когда вы вышли в сеть, с какого устройства, сколько трафика потратили и к каким интернет-ресурсам обращался ваш телефон. А еще к какой базовой станции подключен ваш телефон. То есть, ваше местоположение и передвижение тоже известно.
Это не значит, что оператор читает ваши переписки в WhatsApp или Telegram. Содержание сообщений защищается самими сервисами и шифрованием, но оператор может видеть сам факт трафика к определенному сервису.
Самый бытовой пример: безлимит на соцсети и мессенджеры.
Когда в тарифе написано, что YouTube, Instagram, TikTok или WhatsApp не расходуют гигабайты, это означает, что сеть должна отличить этот трафик от обычного интернета. У Beeline, например, услуга «Безлимитные соцсети» прямо обещает: сидите в YouTube, Instagram, TikTok и WhatsApp и не расходуйте ГБ по тарифу.
У Tele2 есть тариф «Білім», где образовательные ресурсы идут безлимитно, а основной интернет составляет 1 ГБ. Для абонента это выглядит приятно: WhatsApp не ест гигабайты, учебные сайты не тратят пакет, YouTube включен в тариф.
Но обратная сторона такая: чтобы не тарифицировать WhatsApp, оператор должен понять, что сейчас это именно WhatsApp. Чтобы не списывать гигабайты за образовательный сайт, он должен определить, что вы открыли именно этот ресурс.
В мировой практике это называется zero-rating: когда трафик конкретного приложения или класса приложений не считается в общий интернет-пакет. В этом у оператора может быть чисто бизнесовый интерес. Европейский регулятор BEREC отдельно описывает такие практики и указывает, что они могут влиять на выбор пользователя и конкуренцию между сервисами.
Крупные зарубежные операторы тоже честно пишут, что знают гораздо больше номера телефона. Verizon в своей privacy policy указывает, что может собирать данные о звонках, посещенных сайтах, текстовых сообщениях, местоположении устройства, использовании приложений и функций, а также данные о работе сети и устройства.
Orange Belgium пишет, что при использовании мобильной связи и интернета собирает traffic information: номера вызовов, идентификацию телефона, дату, длительность и объем интернет-сессии, а также visited sites. При этом отдельно отмечает, что у сотрудников нет доступа к содержанию звонков, email, SMS или интернет-сессий, потому что содержание защищено тайной связи.
Вот здесь и проходит главная граница. Оператору нужны данные, чтобы дать связь, посчитать тариф, списать деньги, не тарифицировать отдельные сервисы, бороться с фродом, выполнять закон и чинить сеть. Но для абонента важно другое: понимать, какие именно данные собираются, зачем они нужны, сколько хранятся, кто имеет к ним доступ и можно ли отказаться от их использования в маркетинге.
Безлимит на соцсети кажется просто приятным бонусом, но он показывает важную вещь: оператор видит не только сколько интернета вы потратили. Он может различать, какой именно сервис вы используете. И чем умнее становятся тарифы, тем больше вопросов возникает к прозрачности.
Если оператор делит интернет на WhatsApp, YouTube, образовательные сайты и «все остальное», абонент имеет право понимать, как именно это работает.
По ссылкам можно Подписаться или Поддержать bailanys — независимый канал о связи и телекоме в Казахстане
