Наверное, поэтому первое время она так болит.
И человеку приходится очень медленно учиться жить с любовью, которая больше не получает ответа в привычном для нас мире. Не забывать. Не вычёркивать. Не делать вид, будто ничего не было, чтобы стало легче. А каким-то невероятным образом вместить прожитое в свою дальнейшую жизнь.
Я всё чаще думаю, что одна из самых тяжёлых задач горя заключается именно в этом: перестать однажды считать только то, чего мы не успели, и понемногу начать вспоминать то, что всё-таки было.
Да, мы не договорили. Но сколько всего успели сказать.
Не долюбили. Но ведь любили.
Не дожили вместе до той старости, которую когда-то совершенно естественно считали своей, но у нас были годы, месяцы или, может быть, всего несколько дней, которые уже никто не сможет отнять.
Были разговоры, прикосновения, смех, ссоры, примирения, совместные завтраки, какие-то совершенно нелепые семейные истории. Было обычное человеческое счастье, которое мы чаще всего узнаём только потом, потому что, пока оно длится, оно кажется нам просто жизнью.
Наверное, мы действительно плачем о себе.
О себе, которым теперь оставаться здесь без них. О себе, которым придётся научиться просыпаться утром, строить планы, смеяться, встречать весну, отмечать праздники и однажды снова почувствовать себя счастливыми — и пережить даже это странное чувство вины за то, что жизнь всё-таки продолжается.
Но, может быть, оставаться — не значит оставлять их там, позади.
Может быть, со временем оказывается, что часть человека, которого мы любили, всё равно идёт дальше вместе с нами. В наших словах, привычках, воспоминаниях, в том, чему он нас научил, в наших детях, в каких-то совершенно незаметных вещах, которые однажды ловишь в себе и вдруг думаешь: «Господи, это же от него».
И тогда фраза «нам оставаться» перестаёт звучать как приговор.
Она становится задачей.
Жить дальше не вместо них и не вопреки тому, что произошло, а вместе со всем тем, что они успели оставить в нашей жизни.
Потому что мы действительно не всё успеваем.
Не договариваем. Не доделываем. Не долюбливаем столько, сколько нам хотелось бы.
Наверное, человеческой жизни вообще никогда не бывает достаточно, когда любишь.
Но однажды среди этого бесконечного «не успели» очень важно суметь разглядеть другое:
мы были друг у друга.