8/ пост-советской России посвящено сразу несколько сюжетов.
когда союз начал сыпаться, уроженец Ташкента Лев Черной поставлял товары глинозёмному заводу в Казахстане. живых денег у завода не было, поэтому платил глинозёмом. красноярский комбинат, куда этот глинозём шёл на переплавку рассчитывался алюминием.
с этим металлом на руках Лев в мае 92-го пришёл в московский офис британского трейдера Дэвида Рубена (Trans-World Metals). тот не поверил на слово, и в ту же пятницу они улетели в Красноярск. Рубен на месте выдал аванс под будущий алюминий. к 94-му Trans-World контролировала около половины российского выпуска и, по оценке одного инвестбанка, была второй алюминиевой компанией мира после Alcoa.
в 2000-м Рубены продали российские активы группе Абрамовича за $575m из них потом собрали РусАл. сами братья сегодня №2 в Sunday Times Rich List с £26.9 млрд, в честь братьев сегодня назван колледж в Оксфорде (за счет их филантропических талантов).
история российского нефтетрейдинга 90-х рассказывается с двух советских музыкантов-эмигрантов. Вячеслав Смолоковский и Григорий Янкилевич играли по московским ресторанам на пианино и гитаре, а потом эмигрировали в Польшу и торговали компьютерами и холодильниками. пока их клиент из Тюмени с экспортной лицензией не позвал их в нефть. их J&S к середине 90-х возила 60% польского импорта сырой нефти по «Дружбе», а потом первой раскатала маршрут российской нефти в Китай, морем через Гданьск. в 2004-м они отдали управление женевским трейдерам Дюнану и Джегги. те переименовали компанию в Mercuria, и уже в 2009-м она делала рекордные $454m чистой прибыли за год.
параллельно ленинградский инженер-электромеханик Геннадий Тимченко и швед Торбьорн Торнквист конкурировали за экспорт российского мазута через Эстонию. вместо войны на истощение они объединились и в 2000-м появился Gunvor (шведское женское имя, «бдительная в бою»). время было соответствующее: бизнес-партнёр Торнквиста к тому моменту был предположительно убит, и сам он на год перестал ездить в Россию. за десять лет к 2018-му Mercuria и Gunvor заработали ~$6.6 млрд, и почти всё это разошлось на шестерых основателей.
9/ позиция трейдеров стала определяющей для целых стран. Glencore дважды выручала Роснефть. в 2013-м вместе с Vitol собрала ~$10 млрд предоплат под покупку ТНК-BP, крупнейший oil-for-loans в истории. в декабре 2016-го вместе с катарским фондом выкупила 19.5% Роснефти за €10.2 млрд, вложив своих всего €300m. Глазенберг (CEO Glencore) за это получил от Путина орден Дружбы.
Чаду Glencore с 2013-го надавала кредитов под нефть: $300m → $600m → ещё $1.45 млрд на выкуп доли Chevron у госкомпании. зачем трейдеру кредитовать страну, которой не даст в долг ни один банк? затем, что возвращают не деньгами, а баррелями. предоплата гарантирует поток нефти на годы вперёд, и пока долг не погашен, весь экспорт страны идёт через тебя. когда нефть упала, долг оказался ~15% ВВП, а в ковид больше 85% процентных платежей страны по внешнему долгу уходило одной Glencore.
10/ аполитичное пиратство сменилось US-центричностью. значительная часть мировой торговли сырьём номинирована в долларах, и Вашингтон в какой-то момент понял, что доллар это рычаг.
в 2014-й: BNP Paribas, исторически главный банк для commodity trade и крупнейший кредитор трейдера Trafigura с первых её дней, получил рекордные $8.97 млрд штрафа за долларовые проводки для Судана, Ирана и Кубы. сама Trafigura при этом ни в чём не обвинялась, но банк тут же срезал ей ~$2 млрд линий. после этого трейдеры стали частыми гостями в Вашингтоне, а комплаенс статьёй расходов.
11/ индустрия в этом виде постепенно изживала себя. трейдеры жили на асимметрии информации и её съела прозрачность. спутники следят за каждым танкером. а терминал, который стоит на каждом столе, построил бывший commodity-трейдер Майкл Блумберг. плот-твист - его уволили из Salomon Brothers как раз после того, как её купила коммодити-трейдинговая Phibro.
12/ в какой-то момент компаниям стало нужно много капитала: asset-light торговля оказалась под угрозой, надо было перестраиваться в asset-heavy (скупать НПЗ, шахты, терминалы, элеваторы). и пришлось выходить на IPO. до IPO широкая публика вообще ничего не знала: одни из богатейших компаний мира десятилетиями росли без прессы, обложек и отчётности: shell-компании, офшоры и частная собственность отлично прятали масштаб. Vitol и Trafigura частные до сих пор и живут на синдицированных банковских линиях и бондах. Cargill, крупнейший агротрейдер планеты и крупнейшая частная компания США, тем более.
13/ и тот шарм, когда можно было делать то, о чём лучше никому не знать, пропал. Glencore вышла на IPO в мае 2011-го (~$60 млрд оценки). впервые все увидели цифры и семерых свежеотчеканенных миллиардеров. публичность изменила культуру. раньше ты заносил взятки африканским клептократам, а теперь вынужден на серьёзных щщах что-то рассуждать про ESG-политику.
14/ профессия жива, пока в мире случаются аутлаеры. в ковид WTI 20 апреля 2020-го закрылся на -$37.63 за баррель& впервые в истории. часть физических баррелей трейдеры буквально получали с доплатой от продавца. стратегия: скупить, залить в зафрахтованные танкеры, которые болтаются в океане без пункта назначения, захеджировать контанго фьючерсами и дождаться разворота. 2020-й стал рекордным годом сразу у всех: Vitol ~$3 млрд чистой прибыли, Trafigura +84%, рекордный трейдинг у Glencore.
15/ окно, впрочем, не закрылось, оно переехало из западных стран. свой «Марк Рич» вырос на иранском направлении, Хоссейн Шамхани (сын экс-секретаря Совбеза Ирана), блендит иранскую и российскую нефть и продаёт в основном в Китай. санкции США/UK/EU догнали его только в 2025-м.
в Китае таким трейдером стал отставной военный Ян Цинлун по прозвищу Crazy Yang. в 94-м «высокопоставленные друзья из армии» попросили его оформить иранскую нефть, которой Тегеран расплачивался с Китаем за оружие времён ирано-иракской войны. так появилась госконтора Zhuhai Zhenrong. к 2001-му через неё шло 16% всего китайского импорта нефти. в 2012-м она стала первой китайской госкомпанией под американскими санкциями за Иран — и просто ушла глубже в тень.
16/ книга вышла в 2021-м, так что самый сок последних лет в ней отсутствует. но тезис подтвердился идеально: большим трейдерам в санкционный арбитраж заходить стало нельзя и зазор заняли ноунеймы. в декабре 2022-го больше половины российского экспорта нефти (~1.4 млн баррелей в день) везли шесть контор из Гонконга и Дубая, о которых никто никогда не слышал: Nord Axis (521 тыс. б/д), Tejarinaft (244), QR Trading (199), Concept Oil (152), Bellatrix (151) и Coral Energy (121). дальше сеть только мутировала: Coral переименовалась в 2Rivers, в декабре 2025-го ЕС навесил санкции на её людей, а в 2026-м FT вскрыла вокруг неё сеть из 48 компаний, прогнавшую российской нефти на $90 млрд.
где фигурировал Эппингер из начала поста. его первая сделка прошла через компанию Муртазы Лакхани, фиксера, который в книге носил кэш Саддаму Хуссейну за Glencore. в декабре 2025-го Лакхани попал под санкции ЕС уже за российскую нефть.
хотя и старой школе тем временем прилетает: за взятки в Нигерии, Бразилии, Венесуэле и ДРК американский суд в 2023-м утвердил Glencore ~$700m штрафа (всего по миру набежало ~$1.5 млрд). Vitol ещё в 2020-м отделалась $164m за Бразилию, Эквадор и Мексику.
профессия - это сочетание уникальных скиллов: считать быстрее рынка, улавливать культурные особенности и заводить друзей в странах, с которыми мало кто хочет иметь дело. как говорят в женевском металлотрейдере Transamine: трейдера скорее уволят за то, что он сводил контакт на плохой ланч, чем за убыточную сделку.
в основе роста потребления лежит рост использования природных ресурсов. и общество доехало до нынешнего уровня только благодаря дешёвой и легко доступной энергии. кому-то нужно делать последнюю милю и брать на себя риск (и обогащаться на этом)
p.s. если зайдёт и захочется глубже, там же советуют продолжать: King of Oil (биография Рича, по ней и снимают фильм с Мэттом Деймоном), Merchants of Grain, Invisible Giant (про Cargill) и Slippery, мемуар бывшего трафигуровца.