Гермиона всегда любила лето. Грозы, фермерские рынки, ярмарки — новые миры, которые можно исследовать, новые впечатления, чтобы записать их в дневник перед тем, как погасить свет.
В тот вечер как раз было открытие карнавала в Уилтшире — ежегодной недельной вылазки в мир юношества и ностальгии. Мигали и кружились неоновые огни, земля была усыпана попкорном, дети визжали, взрослые смеялись. А Драко Малфой стоял рядом с ней в очереди на колесо обозрения.
Остро ощущая его тело рядом со своим, Гермиона закусила губу и упорно смотрела вперед. Бывшие враги детства, превратившиеся в почти-влюбленных подростков — она никогда не встречала ничего более сложного и запутанного.
— Ты кажешься взволнованной, — прошептал Драко ей на ухо. — Боишься высоты?
«Меня пугает не высота, а падение», — хотелось сказать Гермионе. — Я бы последовала за тобой хоть к самому солнцу, если бы знала, что ты не дашь мне рухнуть обратно на землю».
— Нет, — голос прозвучал на октаву выше обычного, а плечи были слишком напряжены. — Я в порядке.
— Да ладно, Грейнджер, — Драко скользнул рукой ей на талию и наклонился, чтобы прошептать прямо в ухо. — Я знаю тебя достаточно долго, чтобы понимать: это ложь.
Шесть лет могут показаться не таким уж долгим сроком, но когда тебе семнадцать и ты стоишь рядом с самым загадочным и обаятельным парнем — почти мужчиной, — которого ты когда-либо встречала, это кажется вечностью. И чем-то, что не хочется отпускать.
К счастью, парень, который управлял аттракционом, распахнул калитку и жестом пригласил их в свободную кабинку. Гермиона показала Драко, чтобы он залезал первым, но он не отпустил поручень и подтолкнул ее внутрь. Когда они уселись, парень закрепил цепь на закрытой перекладине, и кабинка тронулась.
Когда аттракцион дернулся вперед, колено Гермионы столкнулось с коленом Драко, и она вздрогнула. Драко приподнял бровь, скользнув рукой по ее плечу и прижав свою ногу к ее — полностью, от лодыжки до колена. Кабинка стремительно уменьшалась в размерах.
— Кажется, мне нравится, когда ты нервничаешь, — прошептал он ей в ухо. — Приятная перемена по сравнению с той обычной занудой с уроков французского.
Их дружба зародилась почти случайно: он сделал вид, что ему нужен репетитор, а она нехотя согласилась, когда учитель пообещал ей дополнительные баллы за старания. За год это переросло в симпатию, и Гермиона даже не думала, что Драко ответит на нее взаимностью. Пока он не начал писать ей после того, как наступили каникулы, а потом пригласил на ярмарку.
— Я не нервничаю, — попыталась соврать Гермиона снова, но совершила ошибку, повернувшись к нему лицом. Его ледяные серые глаза встретились с ее, и она поклялась, что льдинки в них начинали таять. — Я…
Драко придвинулся к ней на самую малость, и Гермиона готова была поклясться, что вот-вот выплюнет свое сердце прямо ему на колени.
— Напряжена? — свободная рука Драко легла ей на колено. — Осмелюсь предположить... взволнована?
Уголок губ Гермионы дрогнул в улыбке.
— Счастлива, — их носы соприкоснулись, и по спине Гермионы пробежала маленькая волна удовольствия. — Некоторые называют это волнением.
Звуки смеха и общий праздничный гомон исчезли из восприятия Гермионы. Она чувствовала запах одеколона на рубашке Драко, ощущала его прикосновение, и ее глаза отказывались отводить взгляд от его глаз.
— Если я тебя поцелую, — рука Драко скользнула с ее колена к руке, а затем мягко коснулась ее щеки, — это сделает тебя счастливее или взволнованнее?
— Думаю, счастливее.
Гермиона ответила без колебаний, и Драко без колебаний сократил расстояние между ними. Поцелуй был как из кино — сначала нежный, а затем набирающий силу с каждой секундой. Ее сердце затихло в тот миг, когда его язык попросил разрешения впустить его, а ее руки обвили его шею, когда их языки наконец встретились.
Она целовалась с достаточным количеством мальчиков — не с множеством, но достаточно, — чтобы понять: этот поцелуй был другим. Волшебным, по-юношески искренним. Особенным. Таким, с которым она будет сравнивать все остальные до конца своих дней.
Что-то изменилось в ее груди, когда они отстранились, прислонившись лбами друг к другу, и их глаза искали подтверждение, что это повторится. Гермиона чувствовала, как симпатия начинает перерастать во что-то большее, чем просто подростковая влюбленность.
И она вцепилась в это чувство изо всех сил, уже привязавшись к мысли о новых ночах, подобных этой, рядом с ним.
by rachel
#dramione #shortstories #драмиона