«Хвоста любило очень большое количество людей, безумное количество, практически все. Хотя, в принципе, если спросить на улице, никто его не знает. Но у меня свой Хвост, у Рекшана — свой, у Шемякина — свой, у Полунина — свой, у Леонида Федорова — свой. У каждого свой Хвост. И каждый о нем может рассказывать что-то свое. И любой рассказ будет лейтмотивом одной ипостаси — это любовь»,
— рассказывает о поэте, певце, художнике и драматурге Алексее Хвостенко, более известном как Хвост, многолетний директор группы «АукцЫон» Сергей Васильев.
🗒️ «Для всех, кто его окружал, в том числе беспризорных, нищих поэтов, для всяких уголовников и прочего андеграунда он был безусловным авторитетом. Во всех местах, где жил.
У меня приятель вернулся из Парижа. Тогда сквот, в котором проживал Леша, располагался в арабском квартале. И все арабы его называли «папа». На улицу выходит — и все с пиететом к нему.
Хвост был невероятно открыт. В Марокко он присел к какому-то уличному музыканту, и они начали по очереди играть песни. В конечном итоге этот музыкант подарил ему свой гамбри, такой национальный инструмент.
Хвост его довез до России, отдал нам, тот уже был полностью разбитый и раздолбанный. Но Володя Волков (джазовый музыкант и композитор) его отреставрировал, сейчас на нем даже играть можно».
👉 Не открылась ссылка? Читайте тут
🟨🟡 Ваше участие — часть независимой журналистики!
🗂️ Этот материал вышел в двадцать первом номере «Новая газета. Журнал». Купить его можно в онлайн-магазине наших партнеров.
