Можно ли поставить РАС или СДВГ, если пациент и врач из разных языков и культур
ВОПРОС: Можно ли адекватно диагностировать РАС и/или СДВГ, если пациент говорит на языке психиатра, но для него этот язык не родной, и пациент вырос в другом социокультурном контексте, чем психиатр?
#сычев_отвечает
Диагностировать можно, но риск ошибки в такой ситуации реально выше.
Начну с корня проблемы. Ни для РАС, ни для СДВГ не существует анализа крови или снимка. Диагноз ставится по поведению, а поведение всегда оценивается относительно нормы — сколько смотреть в глаза, как долго держать паузу, насколько прямо говорить, что считается уместной эмоцией. Норма эта не универсальная, она культурная. Значит, врач сравнивает вас с эталоном, который вырос в его культуре, а не в вашей.
Теперь про язык, потому что тут интереснее всего. Человек, говорящий на неродном языке, ведёт себя ровно так, как выглядит часть аутистических признаков. Он говорит медленнее, буквальнее, избегает идиом и шуток, чаще отводит взгляд, подбирая слово, интонационно звучит более плоско, дольше держит паузы, переспрашивает, реже перебивает. Всё это — просто когнитивная нагрузка от работы на втором языке. Но в протоколе диагностической беседы это может выглядеть как трудности прагматики речи и нарушение социальной коммуникации, то есть как ядро РАС.
Согласно исследованиям, инструменты, которые считаются золотым стандартом при РАС, разрабатывались и проверялись на вполне определённых выборках. В работе на выборке около 2500 человек нашли, что несколько пунктов диагностического протокола ведут себя по-разному в зависимости от расы и этничности пациента — смещение небольшое, но оно есть. Когда эти инструменты адаптируют для новой страны, людей, для которых язык неродной, из выборки для проверки прямо исключают. То есть на вашем случае они, строго говоря, и не проверялись.
Про недодиагностику. В голландском эксперименте педиатрам давали одинаковые описания случаев, меняя только происхождение семьи, — и версию РАС врачи рассматривали реже, когда ребёнок был из семьи мигрантов. Похожая история со СДВГ: там показано, что при языковом барьере жалобы чаще списывают на трудности адаптации и на сам барьер, а не проверяют гипотезу. Это и есть тот самый перекос: врач склонен объяснить ваши особенности культурой и языком и на этом остановиться.
Хорошая новость в том, что само явление никуда не девается. Сравнение данных из Великобритании, Японии и Индии показало, что ядро аутистических черт узнаётся везде, различия касаются более поверхностных социальных проявлений. То есть шатается не диагноз как понятие, а именно измерительный инструмент.
И, отвечая практически. СДВГ в вашей ситуации диагностируется надёжнее, чем РАС, просто потому, что его признаки меньше завязаны на язык: неусидчивость, забывчивость, проблемы с планированием и дедлайнами видны независимо от того, на каком языке о них говорят. РАС уязвимее, потому что упирается в тонкости коммуникации.
Что помогает получить корректный результат: опираться на историю детства, а не на впечатление от беседы, потому что детство было до всякого переезда и смены языка. Привести человека, который знал вас ребёнком и говорит на вашем родном языке. Заполнять опросники на родном языке, если существует их валидированная версия. И прямо сказать врачу в начале приёма: этот язык мне не родной, я вырос в другой среде, учитывайте это. Хороший специалист от такой реплики только выиграет, а плохой хотя бы обнаружит себя.