как-то в начале года я зацепился на статью про немецкого трейдера на FT, который наторговал подсанкционной российской нефтью на $250m. Christopher Eppinger, 31 год, родился под Гамбургом в семье немецких переселенцев из СССР. после февраля 2022 сделал в Дубае компанию CE Energy и за 30 месяцев прогнал через неё ~$2 млрд российской нефти.
статья немного странная (ну как бы о таких вещах лучше не кричать). в начале 2025-го, когда американцы начали вешать санкции на дубайских трейдеров и он свернул российскую торговлю, переименовал компанию в Petrichor и в апреле 2026 объявил, что вкладывает до $60m в Гайану. санкции на него так никто не наложил.
тогда же я подсел на r/Commodities, начал копать историю коммодити-трейдинга и наткнулся на очень годную книгу, The World for Sale, написана в лучших традициях мэтра Майкла Льюиса (liars poker, flash boys, the big short и тд). авторы — Javier Blas и Jack Farchy, колумнист и репортёр Bloomberg по энергетике и сырью / оба до этого в FT
если вам интересны или не очень знакомы имена Marc Rich + Co, Philipp Brothers, Vitol, Gunvor, Glencore, Trafigura, Mercuria, Cargill то книга зайдет.
для себя заметил, что мне нравится как-то суммировать прочитанные книги, а вам нравится ставить лайки под такие посты, так что краткое саммари:
1/ отцы-основатели индустрии процветали за счёт asset-light модели. по сути они маркет-мейкеры физического мира: покупать сырьё у тех, у кого оно есть, и продавать тем, кому оно нужно. владеть ничем не обязательно.
2/ добрая часть книги про Марка Рича (Marcell David Reich). родился в еврейской семье в Антверпене. в мае 1940-го, за неделю до входа немцев в город, отец вывез семью во Францию на специально купленном чёрном ситроене. дальше лагерь беженцев в Марокко, и в 41-м они добрались до Штатов. поступил в NYU, но после первого курса дропнул и пошёл работать в Philipp Brothers, главный металлотрейдинговый дом эпохи. джунов там годами гоняли по всем отделам с самых низов, пока не докажешь лояльность фирме. Ричу отдали ртуть и он сделал на ней имя и репутацию человека, готового ехать туда, куда никто не рвался: Ла-Пас, Гавана времён революции, потом мадридский офис.
из Philipp Brothers они с Пинкусом Грином ушли, когда им отказали в бонусах по $500k — при том что перед этим они принесли фирме иранский контракт века. вывод, который делает индустрия до сих пор: главный актив трейдера это люди, и если суперприбыльным людям не платить, они уходят и делают свои фирмы, унося за собой все контакты. закончилось всё тоже по-трейдерски.
в 92-м компания попыталась закорнерить рынок цинка. цена за два месяца рухнула на четверть, начались маржин-коллы. старшие партнёры ушли, нефтяной деск в феврале 93-го уволился в полном составе, и банки потребовали от Рича разруливать.
в марте 93-го он согласился продать контроль собственным трейдерам во главе с Вилли Строттотте. контракты подписали в ресторане напротив офиса, без рукопожатий. в 94-м сотрудники выкупили остаток и переименовали компанию в Glencore.
3/ само явление «emerging markets» по сути изобрели трейдеры, когда торговые дома уже десятилетия сидели в Индии, России, Китае и Индонезии, куда ни один западный банк или инвестор ещё не совался. они и были мостом между EM и DM: в одну сторону - сырьё из бедных стран потребителям богатых, в обратную - капитал туда, где никто больше не кредитовал. например, Rich + Co для Ямайки была буквально банком последней инстанции. когда стране нечем было платить, компания за выходные развернула на остров танкер нефти вообще без подписанного контракта. а дальше десятилетие кредитовала её под глинозём.
4/ расцвет бизнеса там, где сторона суплая по каким-то причинам не могла продавать сама. Теодор Вайзер (Mabanaft), бывший немецкий военнопленный, в 1954 первым поехал в Москву в разгар холодной войны. за ужином с главой Союзнефтеэкспорта он сторговал первый танкер советского дизеля для Западной Германии, а через два года тот уже сам приехал в ФРГ подписывать годовой контракт.
Марк Рич сделал первое состояние на иранской нефти, которую гнал через израильский трубопровод Эйлат–Ашкелон (Суэц был закрыт после 1967-го). во время исламской революции и кризиса с заложниками он просто продолжил покупать у Ирана через швейцарское юрлицо. за это его и объявили в розыск в 83-м в Штатах (Рич так и просидел в Швейцарии в розыске, пока Клинтон не помиловал его в последний день президентства. умер в 2013-м, ни разу не вернувшись в США).
в ЮАР под эмбарго Рич покупал нефть по $14.55, продавал по $33. юный Иан Глазенберг как раз тогда пришёл в йоханнесбургский офис Rich + Co, где для оформления нефтяного импорта была отдельная комната с навесным замком.
из Ирака нефть доставали при любых режимах. сперва взятки Саддаму в обход официальной oil-for-food (нелегальные доплаты кэшем с каждого барреля мимо счетов ООН), которые возили через иракские посольства. потом авансы курдам на $3.5 млрд (~17.5% ВВП региона).
а Кубу после распада СССР держал на плаву Vitol: предфинансировал сахарный урожай, забирал сахар, поставлял топливо, а долги в итоге конвертировал в гаванские отели.
5/ иногда проблемы с ликвидностью решали совсем в лоб. в 2003-м в Зимбабве гиперинфляция дошла до того, что центробанк физически не успевал печатать банкноты, а Cargill надо было платить кэшем 20 тысячам хлопковых фермеров. поэтому они решили просто напечатать свои деньги на $2.2m местных купюр под депозит в банке. и это было ещё и прибыльно: пока купюру донесут до погашения, инфляция уже съедала её стоимость.
6/ главный скилл той эпохи это умение заносить нужным функционерам на местах. и долго это было вполне легально: США ввели уголовку за взятки иностранным чиновникам только в 1977-м (FCPA), Швейцария в 2000-м (там базировалось много трейдеров), а до 2001-го взятки (aka facilitation fees) там можно было списывать с налогов; вычет по взяткам частным лицам закрыли вообще только в 2016-м.
7/ про СССР есть отдельные главы. например есть анекдот про лето 1972-го: после неурожая Николай Белоусов из Экспортхлеба приезжает в Нью-Йорк и за пару недель по очереди скупает зерно у всех торговых домов: Continental, Cargill, Louis Dreyfus, Bunge, Cook, André. каждый уверен, что сделка эксклюзивная, и продаёт зерно, которого у него ещё нет. Союз забрал ~20 млн тонн (11.8 млн тонн пшеницы — треть урожая США), пшеница за 10 недель +60%, за год — втрое. в историю вошло как The Great Grain Robbery.
