Материнский трешачок
Этот пост сквозь боль и слезы пишут все мои материнские проявления, сидя обнявшись у внутреннего костра. Кто-то из них рыдает в отчаянии и бессилии, кто-то ловит дзен, кто-то скалится от злости, кто-то держит в руках фотографии мамы и папы и вопрошает в темноту: «Почему у вас получалось, а у меня нет?». В лучших традициях неприятных состояний и периодов мы вместе решили писать. И не только чтобы пожаловаться, но и поделиться опытом, не экспертным, а простым материнским. Я уже подумываю о регулярных рубриках, вот дорожное уже есть, приемное тоже бывает, даже жизненное и поликлиничное. Чувствую, мамский трешачок с нами тоже не на один раз.
Итак, дано. Степан Сергеевич Ряховский 2019 года выпуска в самом расцвете кризиса, весь в мать! Левшество во всей этой истории как чили-перец для кесадильи. ✋Не спешим делать выводы, кивать головами, что, мол, всё понятно. Я психолог для взрослых, кроме этого не могу быть объективна к своему ребенку, и мне вот НИЧЕГО НЕ ПОНЯТНО.
То, что он не захотел идти в школу, это одна история, кроме этого он стал проявлять активнее агрессивное поведение по отношению к нам. Херачит нас, по-русски говоря, в невозможности справиться со злостью. Восхищаюсь собой каждый раз, когда очень хочется херануть в ответ, но я напоминаю себе, во внутреннем диалоге, что мне давно не 7 лет. Приступы агрессии у Степана возникают ровно в одном случае, когда между его желаниями и ним возникает препятствие в виде нас с мужем. Злость как реакция на это вполне адекватна, она для того в нас и создана. Неадекватно ее дальнейшее проявление, которое усугубляется личными особенностями. Вот с этим мы и работаем сейчас, дай нам сил все на свете 😂😂😂
Общественность во всем этом не осталась в стороне, поддерживает во все щели: от надо дать по жопе, до «какой же ты психолог». Ладно общественное давление, но мой собственный ребенок сказал мне: «Мама, ты же психолог, ты должна знать, что делать в такой ситуации». В мире ребенка все просто и линейно, это нормально. Например, узнав, что его бабушка умерла от болезни, он задумался и сказал: «Так надо же было лечиться». В его простом мире, где еще нет объема и нелинейных причинно-следственных связей, из-за физической незрелости мозга — это нормальная реакция. Грустно, когда взрослые забывают, что мир сложнее линейки, наши действия — это не щелчки пальцами, мы многофакторны, многообразны, разноцветны.
По поводу жопы. Чудодейственная сила физических наказаний сильно преувеличена: чтобы ребенок вас боялся, нужно долбить систематически, не раз и не два. Это не инструкция к действию, я просто предупреждаю ваше неминуемое разочарование, когда по жопе вы дадите, а воспитательного эффекта не получите. Зато эффект от чувства вины будет долгоиграющим.
Когда мне говорят, чтобы я долбила своего ребенка, красной нитью идет убеждение, что я херовая мать и не могу справиться со своим ребенком. А должна. Тут такое автоматическое втягивание головы в плечи, и внутри плечей звучит мой голос психолога: считать, что удар по жопе — это не насилие, и решать проблемы битьем — это работа травмы. Я ищу подходящие способы воспитания, и да, пока не нахожу.
Царство теней