Как заработать миллиарды с доходностью 1000%, а потом все слить
Одна из подзабытых рубрик выходного дня — поучительные истории больших провалов. Сегодня мы с вами поговорим о нашумевшей истории одного вундеркинда из мира ИИ, которые без опыта управления финансами, но со связями в индустрии открыл свой собственный фонд, ярко себя проявил, все профукал, и на нем еще и нажились акулы индустрии.
Главный герой текста — Леопольд Ашенбреннер. 25-летний молодой человек, который всю свою жизнь получал справедливое вознаграждение за высокий интеллект и приложение своего интеллекта к труду.
Он родился в Германии, в 15 лет он закончил школу и поступил в Колумбийский Университет в США. В 19 он заканчивает свое высшее образование по направлению экономики и математической статистики. Причем заканчивает не просто с «красным дипломом», а с наивысшей оценкой своего выпуска.
Его быстро схантили в Кремниевую долину, где он, пройдя пару мест, стал работать в OpenAI (тот самый разработчик ChatGPT). Ашенбреннер попал в команду Superalignment — она занималась условно тем, как сделать сверхумный ИИ еще безопасным для людей. В 2024 году OpenAI его уволила на фоне конфликта вокруг внутренней информации (он публично засветил внутреннюю информацию) и безопасности, и именно после этого он стал публичной фигурой.
Кстати, про ИИ-индустрию и капиталы основателей у меня было отдельное видео.
Безработица не сделала Ашенбреннера бездельником, потому что в свободное время он писал нашумевшее в мире ИИ и инвестиций эссе — Situational Awareness: The Decade Ahead. Главная мысль текста была очень простой: ИИ — это не только ChatGPT и красивые демо, но и огромный промышленный и инфраструктурный цикл, который требует электричества, чипов, вычислений, хранения данных, сетей и дата-центров.
Иначе говоря, в тексте он сделал ставку не на модные ИИ-приложения, а на все то, без чего этот самый ИИ вообще не заработает. Затем это же эссе и это тематика легла в основу его идеи создать инвестиционный фонд, который будет покупать акции публичных и непубличных компаний, связанных с циклом создания ИИ.
Тут вы можете спросить — а кто вообще дал денег на такой проект человеку, который в инвестфондах провел без малого 0 дней и 0 часов? А подкинули ему денег в 2024 году громкие имена в индустрии — Stripe, Nat Friedman, Daniel Gross. То есть момент от $0 до $200+ млн под управлением был пройден за недели.
Инвестиционная программа фонда выглядела как ставка на «кирпичи и лопаты» в эпоху ИИ. Фонд покупал компании, которые выигрывают не от самого хайпа вокруг ИИ, а от его физической инфраструктуры: полупроводники, память, облачные мощности, электричество, дата-центры, энергетику, специальные сервисы для ИИ и связанные с этим цепочки поставок. Простыми словами это значит, что если мир строит огромные ИИ-машины, то заработать можно не только на самих машинах, но и на тех, кто поставляет им «топливо» и «железо».
Но у этой идеи была и обратная сторона. Когда ты строишь портфель вокруг одного большого сценария, ты часто думаешь, что диверсифицировался, хотя на деле просто сложил в одну корзину активы, почти одинаково реагирующие на рынок (у них сильная корреляция). У Ашенбреннера это особенно заметно: его длинные позиции были связаны с одним и тем же сюжетом про ИИ-инфраструктуру, а значит при развороте сектора проблемы приходят одновременно по многим бумагам.
Позже у фонда появилась и большая put-книга — то есть крупные ставки через опционы на падение части чипового сектора, но это уже была скорее страховка или попытка подстроиться под рынок, чем полноценная защита от системного шока.
С точки зрения управления рисками фонд сначала рос как на дрожжах: капитал увеличился примерно с $225 млн до $5,5 млрд, потом до $13,7 млрд, а в отдельных публикациях фигурировали и еще более высокие оценки в районе $20 и $45 млрд. Парень на растущем рынке собирал доходности год к году от 200% до 1000%.
Но быстрый рост сам по себе не означает качественного риск-менеджмента. Если у тебя много заемных денег, сильная концентрация в одном секторе и позиции завязаны на один сценарий, то в хорошее время ты выглядишь гением, а в плохое — очень быстро тебе по телефону набирает Коля Мартин (то есть, случается маржин-колл на развороте рынка).
Надо сказать, что парень совсем не следил за рисками, а его публичная позиция по своей стратегии на шумерских подсказках звучала чуть ли не в духе «да хз пацаны, прорвемся, наверное мы не потеряем деньги инвесторов». Чтобы зарабатывать такие доходности, Леопольд брал на каждую свою ставку плечо 3-4х, что его и погубило.
В июле 2026-го рынок ИИ и полупроводников резко просел, плечо стало проблемой, фонд оказался под давлением кредиторов, и началась принудительная распродажа. В этот момент на сцену вышел хедж-фонд акула Citadel Кена Гриффина — огромный и очень дисциплинированный хедж-фонд, который умеет работать в стрессовых ситуациях и специализируется на том, чтобы покупать хорошие активы тогда, когда продавцу нужно срочно выходить.
По итогу Citadel выкупила публичную книгу фонда со скидкой, то есть забрала ликвидные позиции тогда, когда их нужно было продавать не по лучшей цене.
После новостей о том, что на рынке не будет происходить крупного делевериджа в акциях компании из ИИ сектора, и что залог лично пополнит Citadel для удержания позиций, рынок развернулся в рост. А Кен Гриффин заработал за пару дней еще пару миллиардов долларов. К слову, вполне возможно, что такую публичную позицию в лонге, да еще и с плечом шортила и сама Цитадель, чтобы забрать хорошие активы у лоха неопытного управляющего со скидкой.
А что в итоге?
Если собрать эту историю в один вывод, то она звучит так: Ашенбреннер правильно увидел большую тему, но слишком рано и слишком агрессивно поставил на нее много денег, причем в тесно связанных между собой секторах и с плечом. Если забивать на риски, то на растущем рынке все будут Уорренами Баффетами, но в час Х потеряют последние штаны.
Китайская Угроза | Мы в Максе 👍
