#ищемклад
Начнем, как водится, с кошек. Еще в прошлом веке (прошлый — это двадцатый, если что), ветеринары столкнулись с проблемой: здоровые кошки без причины начинали унывать. Отказывались есть, вяло лежали возле мисок, не проявляли интереса ни к чему. Хозяева били тревогу, проверяли их на все подряд, не находили ничего и дико парились. А в итоге оказалось, что у бедных кошек было то, что впоследствии назвали «усталость усов».
Кошачьи усы — это сенсоры, через которые кошка получает информацию об окружающем мире. Делает выводы, принимает решения, в общем, работает котом. Но на любой работе необходимы обеденные перерывы — а у кошек, про которых речь, были слишком высокие миски, и усы во время еды все время терлись о края. Это примерно как вы пытаетесь поесть, и тут одновременно пишет начальство, звонит подруга, жалуется мама, о чем-то спрашивает сын, капризничает дочь и в дверь стучат. Причем каждый чертов раз, когда вы пытаетесь поесть.
Не отвлекаемся, мы все еще про кошек. «Усталость усов» - неврологическое переутомление, из-за которого у животного проседают естественные рефлексы: кошка, по сути, выгорает. У нее пропадает витальность — необходимое условие для работы котом. Миски сменили, витальность вернулась, кошки снова захотели жить.
Кто сказал «мяу»? Хотите об этом поговорить?
Мне лично термин «усталость усов» спас если не жизнь, то рассудок. С животных на людей я транспонировала его сама, а детали отточила за годы работы: у человека нет усов в кошачьем смысле слова, но наши невидимые сенсоры точно также устают.
Молли жалуется, что ее все раздражает. Подушка душная, одеяло кусачее, дети гады, муж вообще задолбал, рыбки в аквариуме дуры. Радости жизни никакой.
Артур подолгу сидит в туалете. Он и сам не рад, но что тут поделать? Уже и врачу ходили, никаких проблем у Артура нет. При этом каждый день по часу он торчит за закрытой дверью, а туалет в квартире, между прочим, один.
Гермиона потеряла интерес к чтению. Всю жизнь без книжки не могла почистить зубы, теперь с трудом заставляет себя перед сном читать детективы. Причем одни и те же, потому что не помнит, читала она их или нет.
Гарри слишком тревожно, чтобы ходить на вечеринки. Джинни больше ни к кому ничего не чувствует. Рон хамит друзьям и друзей у него не осталось. Рита не может выжать из себя ни строчки, совсем перестала писать. И только Чарли как работал с драконами, так и работает, и психолог ему ни к чему.
Люди пьют таблетки, ходят на курсы просветления, ездят на тренинг «Открой в себе открывалку», прокачивают осознанность - некоторым помогает, некоторым нет, но рано или поздно ситуация снова приходит в ту же точку. Открывалка при этом лежит на поверхности, только её никто не видит. Чарли, выйди из чата.
Любому взрослому человеку необходимо регулярно бывать одному в пространстве. Без этого психика не справляется, ничья. Другое дело, что (к счастью) у разных людей разная потребность в уединении. Кому-то почти хватает получаса в машине, кто-то, реально, отдыхает в туалете, а кто-то перестает дышать, если не бывает один по полдня каждый день. Есть и те, кто физически не может с кем-то жить, но они хотя бы видят саму проблему. А остальные, как правило, нет.
Мужчины еще как-то выкручиваются. Они лучше приспособлены к «уединению в толпе» и часто умеют отключаться даже дома. Не случайно Молли жалуется, что Артур ее не слышит — Артур дома переходит в режим гибернации, именно для того, чтобы не слышать Молли. Означает ли это, что он издевается над Молли, не обращает на нее внимания, игнорирует или разлюбил? Обычно нет. Скорее всего, Артур таким образом находит способ побыть одному, потому что в его кабинете Рон репетирует на саксофоне, в ванной Джинни красит волосы в синий, в гостиной у Перси собрание старост, что же касается спальни — жена не любит, когда он днем там тусит. Поэтому Артур запирается в туалете и сидит там до тех пор, пока Молли не начинает колотить в дверь молотком для отбивки мяса.
Ситуация Молли хуже в разы: женщина, по большей части, не умеет отключаться, когда вокруг нее есть другие люди. Дома она без конца сканирует пространство, поэтому отдыхает только когда все заснули, включая этого идиота, который опять завис у компа. Они ругаются каждый вечер, но в результате Молли идет спать одна, Артур с боем вынимает пару тихих часов, Молли спит вполглаза, ожидая его прихода, а дальше просто не спит, потому что он храпит.
Совместный сон — тоже разновидность общения и тоже неврологически утомляет. Одновременно общение во сне создает ощущение защищенности, но при переутомлении сон вдвоем (втроем с ребенком, вчетвером с ребенком и собакой, впятером с ребенком, собакой и инопланетянином Поликарпом) не дает той разгрузки, без которой усталость усов уже становится хронической проблемой.
Самая распространенная ошибка — это убеждение «да он мне не мешает». Подросток сидит за закрытой дверью, муж даже по телефону разговаривает молча, малыш просто тихо играет рядом, жена в наушниках смотрит сериал — никто из них не мешает друг другу, тем не менее, каждый является неврологической нагрузкой для других. И взаимное раздражение, обиды, претензии и недовольство — только малая часть тех проблем, которые эта нагрузка за собой влечет.
К счастью, разводиться необязательно, и детей тоже можно не раздавать в хорошие руки. Но нужно брать лупу, садиться над расписанием и находить себе время регулярно бывать одному. Некоторым нормально просто гулять, другим достаточно закрываться в комнате, кому-то нужно уезжать, кто-то способен отдохнуть, поспав один в кровати. Главное, найти тот способ, который разгрузит именно вас.
А теперь пойнт. Все уже наверняка подумали «да я спокойно могу уйти в спальню» или «в чем проблема, я каждый день гуляю». Но усталость усов, в смысле, неврологическое переутомление, требует не только отсутствия стимуляции, но и отсутствия ее угрозы. Если вы ушли в комнату — в эти два часа в комнату не только никто не должен заходить, но и никто не может постучать. Если гуляете — вас нет и телефон отключен. Если спите, будить можно только на пожар. Шляетесь по магазинам — температура у ребенка будет сбита бабушкой, ракетой «Патриот» или никем.
В этом месте все говорят, что у них такой возможности нет. На это я отвечаю «а если бы вам нужно было ходить на диализ, вы бы нашли такую возможность?». В этом месте все говорят, что это другое. На это я отвечаю, что нет. Неврологическая чистка — дело не менее важное, чем физиологическая, просто те, кому ее не хватает, редко знают, что не хватает именно её.
И контрольный выстрел в яблочко: неврологическая разгрузка не должна быть технически полезной. Она может оказаться полезной, если кого-то прет от бега, а кому-то в кайф готовить. Но сама по себе идея «побыть одному» не должна содержать в себе мысли «...хотя бы блин полы помою». В ту секунду, как включается чувство вины, неврологическая разгрузка превращается в психологический загруз. И можно не посылать Артура в дальний путь с веревкой и мешком, все равно его потом встретит дома усталая Молли, которая за это время покрасила потолок и съела полсебя, причем ни первое, ни второе ей не помогло.
Работать котом — отличное дело, честное слово. Котом, женой, мужем, ребенком, инопланетянином Поликарпом, кем угодно. Просто от любой работы надо отдыхать, в том числе от работы собой. Молли, выйди из чата. И отключи телефон.
(Автор текста Виктория Райхер, искать в Фейсбуке)
